Может, я просто старею, но по моему разумению эти классические, обтекаемые очертания — самая прекрасная скульптура, созданная рукой человека… ну, если не считать «Звездных Огней», конечно. Каким-то неведомым образом эти корабли сохранили те неподвластные времени красоту и изящество, что на нынешних судах принесены в жертву экономии и технологической эффективности. Конечно, они не так велики, как современные лайнеры, но в свое время, после Первой Великой войны, они оказались просто идеальными для перевозок небольших партий груза по всей галактике. И хотя позже на основных коммерческих маршрутах их сменили новые, более крупные лайнеры, до сих пор в тысячу раз больше груза и людей перевозятся на небольших судах вроде ED-4. Старых — да, но вовсе не бесполезных.

Я проследил за тем, чтобы Джилл Томпкинс была в курсе и обслужила эти корабли, как только они совершат посадку. Впрочем, вид их при близком рассмотрении вызвал у меня невольную улыбку. Шесть старых кораблей никак не напоминали собой серьезную угрозу Лиге. Покрытые царапинами, с облезшей краской, а кое-где и помятые, они казались, мягко говоря, неухоженными. Они прогромыхали в ангар и ошвартовались у служебного причала. Единственной странностью в них — заметной только при очень и очень внимательном осмотре — были цепочки пассажирских гиперэкранов по бортам: как правило, на старых кораблях, используемых только для грузовых перевозок, их зашивали непрозрачными панелями. На следующий же день я как бы случайно познакомился с их рулевыми. Все шестеро оказались добровольцами — отставными флотскими офицерами, согласившимися еще раз рискнуть своими жизнями ради Империи, — уже прожив полную опасностей жизнь на Флоте. Вот бы и мне так после того, как я наконец уйду в отставку… впрочем, я тут же вспомнил, что на этот счет мне беспокоиться не придется. Даже забавно, что творилось у меня в голове в те дни…

А потом ED-4, так и не привлекая к себе лишнего внимания, по одному ушли в глубокий космос. До вылета очередного конвоя на Гонтор оставалось меньше стандартных суток. Я в гордом одиночестве стоял на смотровой площадке, когда последний из них, прогрохотав дюзами, скрылся в задернутом дымной пеленой небе над Аталантой. Я незаметно для других отсалютовал вслед этим отважным старым кораблям, которых вели отважные люди…

— Отворачивай, «Сорвиголова», отворачивай! О том, что бой начался, я услышал по КА'ППА-связи ближнего действия нашего «Василиска». За кормой замерцали вспышки огня из разлагателей, а среди судов нашей, второй группы конвоя вспыхнули шары разрывов. Облачники наконец обнаружили нас. Однако благодаря ED-4 и «Джерому-А» на это у них ушло почти тридцать шесть метациклов слепых поисков. И поскольку им пришлось распылять свои силы на поиски, их количества явно недоставало для того, чтобы надежно нейтрализовать «Василиски» сопровождения.

То, что их «недоставало», на деле означало, что в космосе вокруг нас роилось достаточно облачников, исполненных решимости любой ценой остановить наш конвой или хотя бы нанести ему ущерб. Атаковали нас, как всегда, «Горн-Хоффы», но на этот раз, я подозревал, они несли в качестве дополнительного вооружения мощные гиперторпеды для поражения тяжелых транспортов, которые вот-вот должны были появиться на поле боя.