Стоун встала:

— Я возвращаюсь на «Заставу». Хочу удостовериться в гибели инопланетной цивилизации, прежде чем предстану перед генерал-маршалом с сообщением, что химера снова на свободе.

Часом позже Фиан, Ворон и я опять сидели в наших апартаментах и пялились в телик.

Экран передавал вид с зонда, приближающегося к Фортуне. Зонд настойчиво проигрывал световую скульптуру тестовой последовательности на случай, если встретит живых инопланетян, но теперь я чувствовала, что шансы на это крайне малы.

Он миновал группу молчаливых мертвых сфер, парящих в космосе. Пара из них проявляла мизерную активность, но, похоже, лишь одна функционировала настолько, чтобы двинуться нам навстречу на границу системы. Единственно выжившая печальная представительница своего вида.

— Почему сфера на орбите Земли еще работает? — спросила я. — Чистая удача?

— Она действовала не так долго, как эти, — отозвался Фиан. — Активировалась, лишь когда корабль достиг Солнечной системы.

Изображение Фортуны на экране увеличилось. Теперь стала видна масса ярко-белых линий, беспорядочно изгибающихся над поверхностью планеты. Между линиями пробивалось слабое матовое свечение.

— Это что еще за хаос?

— Не представляю. — Фиан отрегулировал телик так, чтобы мы получали звук из оперативного штаба на «Заставе».

— …какой-то оборонительный планетарный щит, — раздался голос полковника Левека.

Силовые лучи связаны с сетью спутников на орбите Фортуны.

— Словно переменное силовое поле, — пробормотал я, — но над целой планетой.

И снова Левек:

— Некоторые спутники не действуют или отсутствуют, оставляя пробелы в обороне.

Изображение продолжало расти, и мы смогли увидеть дыры, о которых он говорил.

— Если спорталить зонд прямо в атмосферу планеты, — вступила Стоун, — внезапно появившийся из ниоткуда аппарат встревожит возможных обитателей… У нас получится послать его напрямик через один из просветов?

— Да, сэр. Зонд не перенесет входа в атмосферу, но можно отправить его на низкую орбиту под щитом.

Зонд миновал единственную крупную луну Фортуны, и экран озарила яркая вспышка.

— Хаос! Что это?

— Что это? — вторила мне Стоун.

Это поднялся с луны Фортуны световой столб из вращающихся лент красного, зеленого и синего цветов. Он выглядел в точности как сигнал, который мы с Фианом послали сфере пришельцев на земной орбите.

— Существует большая вероятность, что это должно привлечь наше внимание к чему-то на поверхности луны Фортуны, — сказал Левек.

— Автоматический сигнал?

— Почти наверняка, сэр. Возможно, это ответ на световую скульптуру зонда.

После короткой паузы вновь заговорила Стоун:

— Пошлите зонд ближе на бреющем полете. Хочу посмотреть, что есть на этой луне.

На экране мелькал голый каменистый ландшафт. Я не успела уловить, что там такое в основе светового столба, как движущееся изображение быстро сменилось на статичную картинку.

Внизу стояла скульптура: не световая, а настоящая, похоже, вырезанная из камня на лунной поверхности. Покрытый линиями глобус.

— Какой он величины? — спросила Стоун.

— Примерно как памятник Духу Человечества, сэр. Сенсоры показывают, что глобус полый.

— Уверена, он связан с силовым полем вокруг планеты. Может, так нам говорят, что внутри есть нечто, способное отключить защиту и впустить нас?

— Я бы согласился с этим предположением, сэр, — проговорил Левек.