— Нет проблем. — Он подошел к раковине.

— Есть! Ты же сказал, я смогу встать только через три дня.

Он резко повернулся. Ему не понравился тон ее голоса.

— Тебе нужно будет отдыхать еще пару недель. Если не хочешь заболеть снова.

Она опять откинулась на подушки и прикусила губу. Ему хотелось заключить ее в объятия, сказать, что все будет в порядке.

— Я не могу так долго злоупотреблять твоей добротой.

— Конечно, можешь.

— У тебя есть и другие обязанности.

Нет, у него их не было. Он больше не лечил больных. Забыл, какие чувства при этом испытывал… и скучал по своим обязанностям.

— Мне надо ехать домой.

Кент вскочил со стула — Джоузи побледнела, и он встревожился. Он подбежал к ней и потрогал ее лоб — прохладный и сухой. Жар прошел. Он почувствовал облегчение.

— Джоузи, ты еще слишком слаба, чтобы ехать домой.

— Я знаю, но, если ты позвонишь Марти и Фрэнку, они заберут меня.

Ему не хотелось расставаться с Джоузи до тех пор, пока она не выздоровеет.

— Ты уверена, что не предпочитаешь остаться?

— Ты же не моя нянька, помнишь?

— По тебе будут скучать. Лиз с удовольствием проводит с тобой утро. А Клэнси давно не выглядел таким щеголем.

— О!

— А я хотел снова обыграть тебя в шахматы.

— Я тебе не верю.

Если он ее поцелует, она ему поверит.

Кент схватил блокнот и ручку и сунул их Джоузи.

— Напиши номера телефонов, и я примусь за дело.

Мужчина отвернулся. Ему хотелось уйти. Снова повернувшись к Джоузи, он увидел, что она побледнела и дрожит.

— Отдохни! — приказал он. — Мы займемся этим позже.

Джоузи быстро написала номера, вырвала листок из блокнота и отдала ему.

— Я отдохну, а ты принимайся за дело.

Она повернулась к нему спиной. Нахмурившись, Кент вышел из домика.

Он взглянул на листок. Четыре телефонных номера: домашний и рабочий Марти, домашний и рабочий Фрэнка.

Кент вошел в свой коттедж. Он показался ему серым после тех ярких черточек, которыми теперь изобиловал домик Джоузи. Кент нахмурился еще сильнее. Он придвинул к себе телефон и набрал первый номер — рабочий телефон Марти. Спустя десять минут он бросил трубку. Как только Марти Питерсон узнал, что Джоузи недостаточно больна для того, чтобы лечь в больницу, он сказал: «Я смогу забрать ее не раньше, чем во вторник на будущей неделе».

Вторник. Через пять дней.

И еще он сказал, что ужасно сожалеет и собирается позаботиться о том, чтобы мистер Блэк получил щедрое возмещение за хлопоты.

Хлопоты! Кент фыркнул. Джоузи нужны родственники и друзья, ей нужно, чтобы ее баловали. Он набрал номер рабочего телефона второго брата, Фрэнка.

Занято. Он бросил трубку и выругался. Вероятно, один дрянной брат звонит другому дрянному брату.

Кент принялся расхаживать по комнате. Значит, вот каких парней не хотела обидеть Джоузи, когда согласилась остаться здесь и не жаловалась?

Через сорок семь минут он все-таки дозвонился. Трубку взяла секретарша. Она сообщила ему, что, к сожалению, мистер Питерсон уехал по делам.

— Не хотите ли оставить сообщение?

— Нет. — Кент повесил трубку.

Черт возьми, что я скажу Джоузи?

Я могу сам отвезти ее домой, но как с ней будут там обращаться?

Кент не мог рассчитывать, что братья присмотрят за Джоузи.

Нет, я не повезу ее домой. Я сам позабочусь о ней.

Кент потянулся к телефону и сделал еще два звонка.