Кент потянулся к телефону и сделал еще два звонка. Закончив разговор, он улыбнулся.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Должно быть, Джоузи задремала — когда она открыла глаза, то обнаружила, что уже темнеет. Она потянулась к часам.

— Около шести часов, — сказал Кент.

Она села в кровати и взглянула на него. Кент устроился за столом, с ее сборником кроссвордов. Он выглядел так хорошо, что у нее потекли слюнки.

— Неужели ты…

— Как называется пищевая приправа? Слово из шести букв. Четвертая буква — «ь». Вторая — «и».

Она протянула руку за сборником.

— Могу поспорить, ты ошибся.

Он подошел к кровати и отдал ей сборник.

Джоузи собиралась спросить, когда приедут Марти и Фрэнк, и помрачнела при мысли о том, что ей вскоре придется уехать.

— Тимьян, — внезапно выпалила она. — Пищевая приправа.

Кент встал и потянулся, окинув взглядом домик.

— Тебе тут нравится? — спросила его Джоузи.

— Конечно! Здесь теперь совершенно другая атмосфера. Я даже не могу понять, что именно ты сделала.

— Всего лишь бросила на пол коврики, расстелила на столе скатерть и повесила на окна яркие занавески.

— А вот это?

— Картина.

— А там?

— Купила свечи. Когда их зажжешь, должно запахнуть шоколадом.

Он помолчал.

— Знаешь, может, ты права. Может, я должен сделать что-то… еще с этими домиками.

Ей захотелось его обнять.

Плохая, плохая идея. Надо спросить, поговорил ли он с Марти.

— Ты близка со своими братьями, Джоузи?

Она вздернула подбородок и захлопнула сборник кроссвордов.

— Почему ты спрашиваешь? Что они сказали? Ты говорил с ними, верно?

— Пока только с Марти.

— И что…

Джоузи не успела договорить — в дверь постучали.

В комнату вошел Клэнси с огромным букетом цветов в одной руке и с пакетом — в другой.

— Как ты себя чувствуешь, девушка? — Он отдал ей цветы.

— О, Клэнси, они такие красивые!

— Если ты не приходишь ко мне на ленч, я сам иду к тебе. — Его темные глаза засверкали. — То есть если у тебя найдется время.

Джоузи улыбнулась.

— Отлично!

Клэнси просиял.

Я буду скучать по нему, когда уеду.

— Хотя на сегодняшний ленч ты немного опоздал.

— О да. — Старик поставил возле кровати раскладной стол, потом взял у Джоузи цветы и отдал их Кенту. — Поставь их в воду. — Он снова вышел, принес с веранды легкий складной стул и поставил его рядом со столом. — Те, — Клэнси кивнул на деревянные стулья возле кухонного стола, — слишком жесткие для моих старых костей.

Он принялся заваривать чай. Кент поставил несколько цветов в вазу, а несколько — в кувшины. Клэнси достал из пакета коробку с домино.

— Последние несколько дней мне немного скучно. Нужно сыграть одну или две партии, чтобы оживиться.

Ерунда. Он хотел оживить ее, хотел, чтобы она не скучала. Джоузи тронула его доброта. Клэнси налил чаю в чашки, нарезал ломтиками бостонскую сдобную булочку и разложил домино. От удовольствия он залился румянцем, его взгляд повеселел.

Он взглянул на Кента, подняв бровь.

— Я могу присмотреть за пациенткой. Разве тебе нечем заняться? — Он протянул Кенту тарелку с бостонской сдобной булочкой. — Возьми кусок и уходи.

Джоузи еле удержалась от смеха.