— Я способен понять намек.

— Умный человек.

Кент вышел. Джоузи хотелось обнять Клэнси и поблагодарить его. Вероятно, Кенту действительно необходимо сделать перерыв.

Старик провел у постели больной больше часа и ушел, пообещав, что завтра вернется на ленч. Он даже оставил свой раскладной стол и домино.

Кент просунул голову в дверь.

— Устала?

— Все в порядке.

— Добрый поступок!

— Что Клэнси пришел ко мне в гости? Конечно, да, и…

— Я имел в виду именно то, что сказал. У него всего один родственник. Племянник в Шотландии. Он одинок. Когда он приходит к тебе в гости, то чувствует, что в нем нуждаются.

— Я- я получаю удовольствие от его общества.

— Вот именно.

— Это не доброта, это человечность. Послушай, Кент, что…

— Привет! — На веранде послышались шаги, и в дверях появилась Лиз с корзиной в руке.

— Входи! — пригласила ее Джоузи.

— Ты уверена? Я не помешаю?

— Ты не помешаешь, и я всегда рада гостям.

— Честно говоря, мне нужно было хоть ненадолго расстаться с Бриджет. Ты же понимаешь? — Лиз вытащила из корзины кастрюльку из жаропрочного стекла и поставила ее в духовку. — Я сказала Бриджет, что сегодня вечером поем где-нибудь не дома. Надеюсь, ты не возражаешь.

Джоузи покачала головой.

— Вовсе нет.

Лиз уселась на легкий складной стул.

— Не обижайся, Кент, но мое тушеное мясо по-венгерски гораздо вкуснее, чем твой консервированный суп.

Кент сел верхом на один из жестких стульев.

— Я вовсе не обиделся.

Вдохнув великолепный аромат, Джоузи почувствовала, как у нее потекли слюнки. Кент украдкой смотрел на духовку, и Джоузи догадалась, что он чувствует то же самое.

— Блюдо будет готово через тридцать или сорок минут. — Лиз придвинула стул к кровати. — Нам с Джоузи как раз хватит времени, чтобы поговорить о том о сем.

Кент вскочил.

— Я… гмм… пойду кое-чем займусь.

Но Джоузи заметила, что он с тоской посмотрел на них. Ей хотелось спросить, чем он должен заняться.

Ей хотелось попросить его остаться.

Но потом Джоузи вспомнила, она — камень у пего на шее. Он тосковал не по ее обществу. Он тосковал по еде. И запах, доносящийся из духовки, был таким приятным, что она его вполне понимала.

— Я подам на стол через сорок минут, — сказала Лиз. — Если не хочешь опоздать…

Кент широко улыбнулся.

— Я вернусь. — Он надел шляпу, коснулся на прощанье ее полей и вышел с важным видом.

Джоузи не могла им не восхищаться.

Лиз подалась вперед и коснулась руки Джоузи.

— Звучит ужасно, но то, что ты заболела, — это удача для меня. Мне жаль, что ты плохо себя чувствуешь. Но у меня появился предлог, чтобы выйти из дома.

— Неужели все так плохо?

Лиз кивнула.

— Когда ты с нами завтракала, это помогало мне с ней справиться. Немного отвлекало от меня ее внимание. Из-за, нее я чувствую себя как инвалид. Я любила Теда и ужасно по нему скучаю. Он умер, но жизнь продолжается, и я могу сама о себе позаботиться. Я пришла тебя повидать и теперь снова чувствую себя полезной. У меня наконец снова появилась причина готовить обед. Если ты не возражаешь, мне бы хотелось, чтобы ты проболела еще по крайней мере неделю. Честно говоря, я не знаю, что буду делать после того, как ты уедешь.

— Лиз, возможно, я завтра уеду домой. Я попросила Кента позвонить моим братьям, чтобы они меня забрали.