|
- Да - Так поторопитесь с его приездом. Мадлен вздрогнул. Фантина спросила у него: - Что сказал врач? Сделав над собой усилие, Мадлен улыбнулся. - Он сказал, что надо поскорее послать за вашим ребенком и что это вылечит вас. - О да! - воскликнула она. - Он прав. Почему только Тенардье так долго держат у себя мою Козетту? Но она приедет. О, наконец-то счастье близко, оно тут, я уже вижу его! Тенардье, однако, "не выпускал ребенка из рук" и все увиливал. То Козетта не совсем здорова и нельзя ей пускаться в путь зимой То ему надо получить в деревне мелкие просроченные долги и т. д., и т. д. - Я пошлю кого-нибудь за Козеттой, - сказал Мадлен - А если понадобится, поеду сам. Под диктовку Фантины он написал следующее письмо, которое дал ей подписать: "Господин Тенардье! Отдайте Козетту подателю сего письма. Все мелкие расходы будут вам оплачены. Остаюсь уважающая вас Фантина". Тем временем произошло важное событие. Тщетно пытаемся мы как можно искуснее обтесывать таинственную глыбу - нашу жизнь. Черная жилка рока неизменно проступает на ее поверхности. Глава вторая. КАКИМ ОБРАЗОМ ЖАН МОЖЕТ ПРЕВРАТИТЬСЯ В ШАНА Однажды утром, когда Мадлен сидел у себя в кабинете и занимался приведением в порядок некоторых срочных дел мэрии на случай своей поездки в Монфермейль, ему сказали, что с ним желает говорить полицейский надзиратель Жавер. Услышав это имя, Мадлен не мог подавить в себе неприятное чувство. Со времени происшествия в полицейском участке Жавер избегал его более чем когда-либо, и с тех пор Мадлен ни разу его не видел. - Пусть войдет, - сказал он. Жавер вошел. Мадлен продолжал сидеть у камина, с пером в руке, не поднимая глаз от папки с протоколами о нарушении порядка на общественных дорогах, которую он просматривал, делая пометки. При появлении Жавера он не переменил позы. Он невольно вспомнил о бедной Фантине и счел уместным проявить холодность. Жавер почтительно поклонился г-ну мэру, который сидел к нему спиной. Мэр не обернулся и продолжал делать пометки на бумагах. Жавер сделал два-три шага вперед и молча остановился. Физиономист, хорошо знакомый с натурой Жавера и в течение долгого времени изучавший этого дикаря, состоявшего на службе у цивилизации, это странное сочетание римлянина, спартанца, монаха и солдафона, этого неспособного на ложь шпиона и непорочного сыщика, - физиономист, которому была бы известна его затаенная и давняя ненависть к Мадлену и его столкновение с мэром из-за Фантины, непременно сказал бы себе, наблюдая Жавера в эту минуту: "Что-то случилось". |
