|
Кабатчик подошел к очагу, грубо взял незнакомца за плечо и сказал: - Немедленно убирайся отсюда. Незнакомец обернулся и кротко ответил: - Ах, так? Вы уже знаете?.. - Да. - Меня прогнали из одного трактира. - А теперь тебя выгоняют из этого. - Куда же мне деваться? - Куда хочешь. Путник взял свою палку, ранец и вышел. На улице мальчишки, которые провожали его от самого "Кольбасского креста" и, видимо, поджидали здесь, стали бросать в него камнями. Он в гневе повернул назад и погрозил им палкой; детвора рассыпалась в разные стороны, словно птичья стайка. Oн зашагал дальше и оказался напротив тюрьмы. У ворот весела железная цепь, прикрепленная к колокольчику. Он позвонил. Окошечко в воротах приоткрылось. - Господин привратник! - сказал прохожий, почтительно снимая фуражку. - Сделайте милость, откройте н дайте мне приют на одну ночь. Голос ответил ему: - Тюрьма не постоялый двор. Пусть тебя арестуют, тогда открою. Окошечко захлопнулось. Он забрел в переулок, где было много садов. Некоторые вместо забора были обнесены живой изгородью, что придает улице веселый вид. Посреди этих садов и изгородей путник увидел маленький одноэтажный домик с освещенным окном. Он заглянул в это окно, как раньше в окно кабачка. Перед ним была большая, выбеленная комната, с кроватью, затянутой пологом из набивного ситца, детской люлькой в углу, несколькими деревянными стульями и двуствольным ружьем, висевшим на стене. Посреди комнаты стоял накрытый стол. Медная лампа освещала грубую белую холщовую скатерть, оловянный кувшин, блестевший, как серебро, и полный вина, и коричневую суповую мяску, от которой шел пар. За столом сидел мужчина лет сорока с веселым, открытым лицом; он подбрасывал на коленях ребенка. Сидевшая рядом с ним молоденькая женщина кормила грудью второго ребенка. Отец смеялся, ребенок смеялся, мать улыбалась. На миг незнакомец остановился в задумчивости перед этой мирной, отрадной картиной. Что происходило в его душе? Ответить на этот вопрос мог бы он один. Вероятно, он подумал, что этот дом, где царит радость, не откажет ему в гостеприимстве и что там, где он видит столько счастья, быть может, найдется для него крупица сострадания. Он стукнул в окно тихо и нерешительно. Никто не услышал его. Он стукнул еще раз. И услыхал, как женщина сказала: - Послушай, муженек, мне кажется, кто-то стучится. - Нет, - ответил муж. Он стукнул в третий раз. Муж встал, взял лампу, подошел к двери и отворил ее. Это был мужчина высокого роста, полукрестьянин, полуремесленник. |
