|
Это был мужчина высокого роста, полукрестьянин, полуремесленник. Широкий кожаный передник слева доходил ему до плеча; из-за нагрудника, словно из кармана, торчал молоток, красный носовой платок, пороховница и разные другие предметы, поддерживаемые снизу кушаком. Он стоял, - подняв голову; открытый ворот расстегнутой рубахи обнажал белую бычью шею. У него были густые брови, огромные черные бакенбарды, глаза навыкате, выступавшая вперед нижняя челюсть и то не поддающееся описанию выражение лица, которое свойственно человеку, знающему, что он у себя дома. - Извините, сударь, - сказал путник, - не можете ли вы за плату дать мне тарелку похлебки и угол для ночлега вон в том сарае, что стоит у вас в саду? Могли бы? За плату? - Кто вы такой? - спросил хозяин дома. Человек ответил: - Я иду из Пюи - Муасона. Шел пешком целый день. Я прошагал двенадцать лье. Скажите, вы могли бы? За плату. - Я бы не отказался пустить к себе хорошего человека, который согласен заплатить, - сказал крестьянин. - Но почему вы не идете на постоялый двор? - Там нет места. - Ну, этого не может быть. Ведь сейчас не ярмарка и не базарный день. У Лабара вы были? - Да. - И что же? - Не знаю, право, но он меня не пустил, - в замешательстве ответил путник. - А были вы у этого, как бишь его? Ну, что на улице Шафо? Замешательство незнакомца возрастало. - Он тоже не пустил меня, - пробормотал он. Лицо крестьянина отразило недоверие; он оглядел пришельца с головы до ног и вдруг в ужасе вскричал: - Да уж не тот ли вы человек? Он снова оглядел незнакомца, отступил на три шага, поставил лампу на стол и снял со стены ружье. Между тем, услышав слова крестьянина: "Да уж не тот ли вы человек?", женщина вскочила с места, схватила детей на руки и поспешно, даже не прикрыв обнаженную грудь, спряталась за спиной мужа, со страхом уставившись на незнакомца и тихо шепча про себя. "Воровское отродье!". Все это произошло с невероятной быстротой. Несколько секунд хозяин рассматривал незнакомца так, словно перед ним была ядовитая змея, потом снова подошел к двери и сказал: - Убирайся. - Ради бога, хоть стакан воды! - попросил путник. - А не хочешь ли пулю в лоб? - ответил крестьянин и захлопнул дверь; путник услышал, как заскрипели один за другим два тяжелых железных засова. Через минуту окно закрылось ставнем, задвинулся поперечный железный брус. Между тем мрак все сгущался. С Альп дул холодный ветер. При слабом свете угасавшего дня незнакомец разглядел в одном из садов, окаймлявших улицу, что-то вроде землянки, как ему показалось, крытой дерном. Он смело перепрыгнул через дощатый забор и очутился в саду. |
