|
Между нами говоря, это замечание немного меня задело. Мой брат ответил: - У них больше работы, чем у меня. - Нет, - возразил человек, - у них больше денег. Я вижу, вы бедны. А может быть, вы даже и не священник? Скажите, вы правда священник? Если господь бог справедлив, вы, конечно, должны быть священником. - Бог более чем справедлив, - ответил мои брат. Затем он спросил: - Скажите, господин Жан Вальжан, вы ведь направляетесь в Понтарлье? - Да, по принудительному маршруту. Кажется, этот человек выразился именно так. Потом он продолжал: - Завтра мне надо выйти чуть свет. Тяжело ходить пешком. Ночи холодные, а дни жаркие. - Вы идете в хорошие места, - сказал мой брат. - Во время революции семья моя была разорена. Сначала я нашел убежище в Франш - Конте и там некоторое время жил трудами своих рук. Мне очень хотелось работать. И я нашел, чем заняться. Там есть из чего выбирать. Писчебумажные фабрики, кожевенные заводы, винокурни, маслобойни, крупные часовые заводы, сталелитейные и меднолитейные заводы, не менее двадцати железоделательных заводов; из них четыре очень крупных, находятся в Лодсе, Шатильоне, Оденкуре и Бере. По-моему, я не ошибаюсь; именно эти предприятия перечислил мой брат. Затем он прервал свою речь и обратился с вопросом ко мне. - Сестрицам - сказал он. - Кажется, у насесть родственники в этих краях? Я ответила: - Прежде были, и при старом режиме один из них, господин де Люсене, служил в Понтарлье начальником городской стражи. - Так, так, - продолжал брат, - но в девяносто третьем году родных больше не было, были только собственные руки. Я работал. В Понтарлье, куда вы направляетесь, господин Вальжан, есть одна отрасль промышленности, весьма патриархальная и просто очаровательная, сестрица. Я говорю об их сыроварнях, которые там называют "сырнями". Тут мой брат, не забывая угощать этого человека, подробно разъяснил ему, что такое понтарлийские общественные сыроварни. Он рассказал, что они бывают двух родов: "большие сараи", принадлежащие богатым, где держат по сорок-пятьдесят коров и где за лето выделывают от семи до восьми тысяч сыров, и "артельные сыроварни", принадлежащие беднякам, - то есть крестьянам с предгорий, которые содержат коров сообща и делят доход между собой. Они сообща нанимают сыровара, который у них называется "сыроделом"; сыродел три раза в день принимает от членов артели молоко, отмечая полученное количество нарезками на бирке. Работа сыроварни начинается в конце апреля, а около середины июня сыровары выгоняют коров в горы. За едой этот человек стал понемногу приходить в себя. Брат подливал ему отличного мовского вина, которое сам он не пьет, считая, что оно слишком дорого. |
