– Предполагалось, что ты... умер. Я имею в виду, что я так думала. Где ты, Джон? – Кли... мне нужно поговорить с тобой.

Пять секунд молчания.

– Джон, Джон, как ты?

– Прекрасно. Правда, я больше не в тюрьме. Я давно оттуда, и сделал кучу вещей. Но мне нужна твоя помощь, Кли.

– Конечно, только скажи, чем я могу помочь. Чего ты от меня хочешь?

– Ты хочешь знать, где я и что делаю? Я в Тилфаре и пытаюсь остановить войну.

– В Тилфаре?

– Есть кое‑что за радиационным барьером. Я хочу пройти через него и посмотреть, что можно сделать. Но мне нужна помощь из дома. Я наладил связь с Тороном. Здесь куча всякого оборудования, которое более или менее мое, если бы я знал, как им пользоваться. И мне нужен друг, который в этом разбирается, и которому я могу доверять. Я знаю, что ты пользуешься вниманием майора Тумара, и знаю, что он один из немногих по‑настоящему ценных людей во всем этом военном винограде. Кли, за мертвым городом есть нечто враждебное Торомону, но война – не ответ. Война вызвана беспорядком в Торомоне, но она не вылечит этого. Положение с эмиграцией, положение с пищей, избыток рабочей силы, инфляция – вот причины войны. Если ее остановить, то с тем, что есть здесь, можно решить вопрос быстро и мирно. Вы в Тороне даже не знаете, кто ваш враг, и он не позволит вам узнать этого, даже если бы сам себя знал.

– А ты знаешь? – спросила Кли. Джон помолчал.

– Кто бы он ни был, война не изгонит его.

– А ты можешь?

Джон снова сделал паузу.

– Да, я не могу сказать тебе сейчас, скажу только, что доставить ему неприятности много проще, чем в Торомоне.

– Джон, на что похож Тилфар? Ты знаешь, что я помогу тебе, если смогу, но расскажи.

Джон глубоко вздохнул.

– Кли, он похож на открытую могилу. Он ничуть не напоминает Торон. Он был хорошо спланирован, все улицы прямые, нет Адского Котла и не могло быть. Дороги вьются над землей среди высотных зданий. Сейчас я нахожусь в Звездном Дворце, это было великолепное здание. Оно и сейчас прекрасно, здесь были поразительные лаборатории, залы, где потолки воспроизводят звезды. Электроустановки все еще работают. В большинстве домов есть освещение. Правда, водопровод в городе наполовину разрушен, но во Дворце работает. Наверное, в Тилфаре было очень хорошо жить. Когда жители отсюда эвакуировались во время подъема радиации, почти ничего не было разграблено.

– Радиация... – начала Кли. Джон засмеялся.

– О, это нас не беспокоит. Сейчас долго объяснять, но в самом деле не беспокоит.

– Я не это имела в виду. Я поняла, что раз ты жив, значит, радиация тебе не мешает. Но, Джон, дело не в правительственной пропаганде, потому что я сама сделала открытие: что‑то за барьером создает усиление радиации, погубившее Тилфар. Где‑то поблизости от Тилфара есть прожектор, вызвавший подъем радиации, и он функционирует до сих пор. Это еще не опубликовано, но прекратить нашу войну, тебе не удастся, потому что правительство получит основание свалить разрушение Тилфара на врага. Им только того и надо.

– Кли, я еще не кончил рассказывать о Тилфаре. Я говорил, что электричество работает. Так вот, если ты войдешь в какой‑нибудь дом и включишь свет, ты увидишь на полу трупы шестидесятилетней давности. На дорогах через каждые сто футов следы аварий. На Звездном стадионе около десяти тысяч мертвецов. Не очень приятное зрелище. Я и Эркор – единственные, кто имеет какое‑то представление об итогах разрушения Тилфара.

– Джон, но я ведь не могу взять обратно информацию...

– Нет‑нет, я не прошу тебя об этом. Тем более, что я слышал твой последний разговор, и знаю, что информация уже ушла. Я хочу, чтобы ты сделала для меня две вещи.