— Что нам здесь нужно? — спросила Алина, когда мы миновали городские ворота.

— Мне надо проведать… одну знакомую.

Девушка пренебрежительно фыркнула:

— Ещё одна боевая подруга?

Я засмеялся:

— Ей одиннадцать лет. Надеюсь, что вы друг другу понравитесь…

Сразу мы, впрочем, в дом сапожника Ша́роша не поехали. Уже вечерело, так что сначала решили найти постоялый двор, не обязательно пафосный, но непременно, чтобы со всеми удобствами. А то, как сказала Алина, она уже «тысячу лет не спала в нормальной кровати и не мылась в нормальной ванне».

Недолго думая, я выбрал тот, в котором мы с Рейной, Туром и Ликой останавливались, когда искали Аршафа. И комнату выбрал ту же самую, в какой я и Рей сидели в засаде, ловя на живца нашего «вора-судью».

Конечно, удобства, какие тут предлагали, не шли ни в какое сравнение с имеющимися даже в провинциальных российских отелях, но, в целом, получше, чем в большинстве местных.

Воду в купель тут, по крайней мере, наливали не из рукомойника или кувшина, а из специального крана. Правда, только холодную. И нагревать её требовалось горючим камнем. Хвала небесам, их в бывшей Империи, как заметил хозяин трактира-гостиницы, наделали столько, что хватит на сотню лет. А когда эта сотня пройдёт, тогда, ить, и с магией наконец разберутся, чтобы она снова работала, и тогда можно будет этих камней ещё наклепать, только теперь уже лет не на сто, а сразу на двести, не меньше.

Оставив бывшую невесту Ашкарти разбираться со здешней ванной (хотела комфорта — изволь поработать), я спустился в обеденный зал и заказал себе, минимум, половину меню.

На поглощение регулярно сменяемых блюд ушло полтора часа. Наелся, наверное, лет на десять вперёд. Да так, что даже вставать из-за стола было лень. От трапезы оторвался только тогда, когда в зале наконец появилась Алина. Выглядела она почти такой же довольной, как я. Но по другой причине.

— Ты даже не представляешь, какой это кайф! — сообщила она, плюхаясь на соседний стул. — Гений, кто выдумал мыло и горячую воду.

Я молча кивнул… хм… невежливо икнул и указал на заставленный тарелками стол: мол, присоединяйся, если голодная. Дама чиниться не стала и с удовольствием воспользовалась предложением.

Вина, к слову, мы тоже попробовали, но даже и без него обед обошёлся нам в шесть с лишним лартов.

В три раза больше, чем комната.

Хорошие постояльцы.

Как ни крути…

* * *

В город мы вышли только на следующее утро.

А всё потому, что после такой обжираловки я мог лишь лежать, позволяя желудку самостоятельно переваривать всё, что в него попало. Правда, чтобы комфортно прилечь, сперва пришлось просто подняться в номер. Это оказалось настолько трудной задачей, что, когда я наконец-то добрался до нашей комнаты, то устал так, что сумел лишь дойти до кровати и рухнуть в неё, не раздеваясь и даже не сняв сапог. А после практически сразу заснул и дрых до тех пор, пока меня не растолкала Алина…

— Ты вставать-то когда-нибудь будешь? — сердито спросила она, когда я наконец разлепил глаза и смачно зевнул. — Два часа до полудня. Я уже и позавтракала, и лошадей в конюшне проверила, и с горничной поругалась, а ты всё лежишь…

Отстранив её от себя, я спустил ноги на пол, сел и потёр затекшую шею.

Вот же ведь… соотечественница… Пока по лесам ховались, всё было нормально. А как только в городе очутились, так сразу наезды пошли и претензии…

«Да, плохо мы ещё воспитываем нашу молодёжь. Очень плохо. Удивительно несерьёзное отношение к бра…» [1]

«Тьфу!» — чертыхнулся я мысленно.