Марианна подбежала к Пафнутию, не помня себя от ярости, и сильно толкнула его.

— А ну давай к лесничему! Скорее! К Чаку побежит Ремигий!

Не дожидаясь дальнейших понуканий, Пафнутий и Ремигий разбежались в разные стороны. Ремигий несся рыжей молнией, Пафнутий тоже бежал с самой большой скоростью, на которую только способен медведь.

Подбегая к лесной опушке, Ремигий затормозил, а потом и вовсе остановился и осторожно выглянул из-за куста. И сразу увидел на лугу огромного кудлатого пса белого цвета, который нетерпеливо бегал вдоль опушки, то и дело поглядывая в сторону леса.

Будь на месте лиса Пафнутий, он бы уже издали позвал Чака, во всяком случае, бесстрашно вышел бы на луг, как это уже неоднократно делал. Ремигий же не хотел рисковать. Дружбы с собаками он никогда не водил. Напротив, именно собаки мешали лису добывать самую лакомую пищу и много раз именно из-за них приходилось бедному лису возвращаться в лес из деревни не солоно хлебавши.

Поэтому Ремигий притаился за кустом и стал раздумывать, как же ему вступить в контакт вот с этим громадным лохматым псом.

А Чак все бегал и бегал вдоль опушки и вдруг уловил принесенный легким ветерком запах лиса. Чак остановился как вкопанный.

Ремигий прекрасно понял, из-за чего пес перестал бегать и вытянул нос в направлении того куста, за которым притаился лис. И еще понял — медлить нельзя, вот он, подходящий момент.

Высунув свою узкую морду из-за куста, лис громко крикнул:

— Эй, ты! Меня послал Пафнутий! И прежде чем гнаться за мной, сначала послушай!

Чак сделал несколько шагов к Ремигию.

— Но ведь ты лис? — подозрительно спросил он.

— Лис, ну и что? — бесстрашно отозвался Ремигий. — У Пафнутия не было под рукой более подходящего посланца, он побежал к лесничему. Вот и пришлось мне на время заключить с собаками перемирие. Что скажешь?

Чак знал о грозящей лесу опасности, поэтому взял себя в руки, пересилил желание немедленно наброситься на исконного врага и почти спокойно ответил:

— Хорошо, не буду цепляться к тебе за старое. Докладывай, что там у вас в лесу. Солнце уже взошло, надо спешить.

— Потому я и прибежал, — ответил Ремигий и весь высунулся из-за куста. — А в лесу у нас такое, что просто вынести невозможно. Ребенок орет, все ссорятся, волки нервничают, а люди лезут в лес. Мне велено проводить тебя к ним.

— Что ж, — с легкой запинкой согласился Чак. — Ситуация дурацкая, но придется мне бежать за тобой не как охотнику, а как вашему помощнику. Ну да чего не сделаешь ради Пафнутия.

— Давай сделаем так, — предложил хитрый лис. — Притворимся, что я убегаю, а ты меня преследуешь, и будет ситуация не дурацкая, а, наоборот, нормальная. Да и мне так привычней, откровенно говоря.

Чак с радостью согласился — не придется неволить свою натуру. К тому же он сразу сообразил, что в лесу ему, большому и кудлатому, не поймать более юркого лиса, хорошо знающего к тому же лесную дорогу со всеми ее удобными для него лазейками.

— Послушай, лис, только не переусердствуй, — предупредил Чак, — не то я и потерять тебя могу. Как тогда выйду к людям?

— И ты тоже, того… не переусердствуй, — крикнул в ответ Ремигий. — Не забывайся, ты не на настоящей охоте!

И махнув пушистым хвостом, лис метнулся в глубину леса. Оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, Чак бросился вдогонку.

Лис мчался так, словно за ним и в самом деле гналась свора охотничьих псов. А вдруг Чак впадет в раж и позабудет, с какой целью бежит за лисом? В свою очередь, Чак изо всех сил старался не отстать от Ремигия, боясь, что лис от страха попросту сбежит куда глаза глядят, а не приведет его к людям.