— Скажите же, сир, разве Т'лан Ай вовлечены в созидание этого дара? Они идут с Т'лан Имассами, верно. Но они им не принадлежат. Ни Имассам, ни вам.

— Но они присоединились к Ритуалу Телланна на Первом Собрании…

— Они были… включены. По неведению. Привязавшись верностью и любовью к Имассам из плоти и крови. И в результате потеряли души. Сир, мои боги грядут, и в их криках — я слышу их каждую ночь во снах — они требуют… восстановления.

— Я должна вам отказать, — сказала Лиса. — Пока Тогг и Фандерай не явятся физически, не покажут своей силы, подтверждая свои претензии, я не отдам Т'лан Ай.

— Вы рискуете жизнью, Гадающая…

— Боги — волки объявляют войну Т'лан Имассам? Они и Т'лан Ай подбираются к нашим глоткам, Надежный Щит?

— Я не знаю, сир. Вы ответите за принятые вами решения. Но я боюсь за вас, Гадающая. Тогг и Фандерай — возвысившиеся звери. Их души непонятны таким, как я и вы. Кто сможет предсказать, что таится в сердцах подобных созданий?

— Где они сейчас?

Надежный Щит дернула плечами: — На юге. Кажется, мы все встретимся в Паннион Домине.

— Тогда у меня есть время.

— К моменту обретения вашего дара, сир, вы можете подойти убитой.

— Всегда честный размен, — пробормотала Серебряная Лиса больше для себя. При этих словах, ставших в Войске Однорукого легендой, моряки переглянулись.

Подошедшая женщина — Баргаст стояла в нескольких шагах. Ее темные суровые глаза пристально следили за беседующими Серебряной Лисой и Норул. Дождавшись паузы, она засмеялась грудным голосом, привлекая их внимание.

— Как жаль, что в этой компании нет достойных мужчин, — прогудела она. — Видя вас, я вспомнила, где лежит истинное сердце мирской силы. Малазанские морячки, Надежный Щит Серых Мечей, ведьма и колдунья. А теперь картину дополняет дочь Белолицых Баргастов… принесшая еду и вино.

Моряки с ухмылками вскочили на ноги.

— И я хочу поболтать! — воскликнула Хетан. — Надежный Щит! Итковиан больше не имеет обетов, а? Я могу уложить его…

— Если поймаете, — отвечала Норул, подняв бровь. — Будь у него пятьдесят ног, я все равно его поймаю! Серебряная Лиса! Как насчет Крюппа?

Гадающая моргнула: — Что с ним?

— Ты большая женщина. Можешь прижать его сверху! Пусть попищит!

— Какой ужасный образ.

— Радуйся, что он маленький, круглый и верткий, но умный. Умные всегда горячат кровь, а? Я слышала, что хотя ты выглядишь как взрослая женщина, в некоторых делах осталась ребенком. Пробуди в себе желание, дева! Слишком долго ты якшаешься с немертвыми и высохшими! Держи копье двумя руками, я говорю!

Серебряная Лиса качала головой. — Ты говоришь, принесла вино?

Хетан с широкой улыбкой подошла ближе. — Да, два пузыря, большие, как твои груди, и без сомнения такие же сладкие. Хватайте, достойные подруги, и давайте веселиться!

Харадас улыбнулась: — Чудесная идея, благодарю.

Надежный Щит колебалась. Оглянувшись на стягивающих потертые шлемы моряков, она громко вздохнула. — Волки подождут. Не могу управлять так же мрачно, как мой предшественник…

— Не можешь? — спросила Хетан. — Или не хочешь?

— Не хочу, — поправила себя женщина, тоже стянув шлем. Потные, стального цвета волосы рассыпались по плечам. — Да простят меня Волки.

— Один из них точно, — уверила ее Баргаст, сгибаясь над мешком и доставая продукты.

Коль плотнее укрыл мехами хрупкое, иссохшее тело Майб.