– Совершенно верно, молодой человек. А вы приготовили вопрос для меня?

Оливер кивнул.

– Думаю, да. Он в стихотворной форме:

Когда я шел по Лондонскому мосту

То повстречал сестренку Дженни.

Я сломал ей шею, выпил кровь

И оставил лежать пустой.

Воин с вызовом посмотрел на Йали:

– Скажите, кто такая моя сестра Дженни?

Йали поднял глаза к потолку.

– После такой чудесной трапезы не хотите ли вы распить со мной бутылочку вина? – он злорадно улыбнулся Оливеру. – Это будет не та бутылка, которую наш друг выпил на знаменитом мосту.

Оливер выглядел немного разочарованным.

– Довольно близко. Только Дженни – это джин, а не вино.

– А… ладно, – Йали пододвинул стул, аккуратно уселся на него и с подчеркнутой небрежностью закинул ногу на ногу. – У моего народа есть поговорка, что только смерть все расставит по местам. Скажите мне, что воняет живое, но после смерти имеет чудесный запах?

Гриффин лихорадочно пытался найти правильный ответ.

– Поторопитесь, пожалуйста. Такие умные головы не должны находить этот вопрос слишком сложным, – самодовольно улыбнулся Йали.

– Мускус, – поднял руку Лей. – От китов. Они отвратительно пахнут, но после их смерти из мускуса изготавливают духи.

Йали выглядел довольным.

– Разумно. Очень разумно. К несчастью, простые жители островов плохо разбираются в дорогой парфюмерии. Правильный ответ – свинья. Кажется, вы пару дней назад имели удовольствие отведать одно из этих мясистых созданий? При жарке оно распространяет чудесный аромат. Но, может, вы думаете что я был не совсем честен? Тогда не будете ли вы так любезны задать мне вопрос?

Маг подумал минуту, а затем сказал:

– Хорошо. Вот моя загадка. Что входит в дверь без стука? Что сидит на печке, не боясь сгореть, и без стеснения забирается на стол?

Он выпалил все это одним духом и ждал ответа едва дыша.

– Отлично. Дайте подумать…

Йали поскреб ухо и закрыл глаза. Интересно, получает ли он указания от Лопеса? Гриффину не хотелось верить в это.

Глаза Йали открылись.

– Ага! – вырвалось у него. – Не может ли это быть солнце? Да, думаю, это оно и есть.

Его торжествующий взгляд остановился на Алане Лее, который неловко скривился.

– У нас еще будет возможность побеседовать вдвоем. Попозже. А теперь… кто следующий?

– Я слушаю, Йали, – взглянула на него Акация.

– Какое нетерпение. Дайте подумать… Что у нас приготовлено для своенравной юной леди? Ага, знаю. Что это за занятие: чем быстрее работаешь, тем больше остается, а чем медленнее работаешь, тем быстрее закончишь?

Акация не отреагировала на осветившую лицо Йали улыбку. Она насупила брови и принялась накручивать на палец завиток своих каштановых волос.

– Мисс Гарсия, боюсь, что вынужден настаивать на ответе.

– Ну… плетение корзины? Чем быстрее ты работаешь, тем больше делаешь ошибок, и значит, больше приходится переделывать?..

– Какие пытливые умы собрались сегодня здесь. Нет, боюсь, что правильный ответ: жарить мясо на вертеле. Чем быстрее вы его поворачиваете, тем медленнее готовится мясо. И, конечно, чем медленнее поворачиваешь вертел, тем быстрее оно жарится. Разве это не очевидно?

– Очевидно, – глаза Акации были полузакрыты, а щеки слегка порозовели. Алекс почти чувствовал яд в ее словах. – Ладно, Йали, теперь ваша очередь: Я сидела и наблюдала, как мертвое везет живое.

Резким движением головы она откинула назад волосы.

– Что я видела?

Йали прикрыл глаза и забормотал, слегка постукивая пятками по белому полу.