Ему следовало бы вспомнить загадки. Ничего не получалось. В детстве он никогда не увлекался ими.

За дверью раздался звук шагов. Гриффин напряженно выпрямился на стуле. Он не позволил себе повернуться, чтобы посмотреть на вошедшего.

– Добрый день, – голос, определенно, принадлежал культурному человеку. Шаги приближались, и краем глаза Алекс заметил подошедшую к карте фигуру. – Если я не ошибаюсь, на Земле сейчас день? Отлично. Ваше путешествие было приятным? Чудесно, чудесно.

Это был темнокожий мужчина средних лет, крупнее и сильнее, чем большинство жителей Новой Гвинеи. Он носил легкую рубашку, белые плантаторские брюки с острыми, как бритва, стрелками. Сцепив руки за спиной, он слегка раскачивался из стороны в сторону. От него исходили почти осязаемые волны энергии.

– Меня зовут Йали, и я рад приветствовать вас на Небесах. Надеюсь, вам здесь понравится, – он сердечно рассмеялся, как от дружеской шутки. – Я очень надеюсь, что так и будет. Кроме того, некоторые могут остаться навсегда. Это действительно чудесное место, одно из немногих, где каждому воздается по заслугам. Ведь это и есть Небеса в человеческом представлении?

Он опять грубовато хохотнул.

– Ну вот, теперь, когда мы познакомились, не желаете ли разделить со мной ленч?

Йали хлопнул в ладоши, и две прекрасные темнокожие женщины, окруженные бледным сиянием, вкатили тележку с едой.

Оливер облизнулся.

– Надеюсь, это не трюк. Я умираю с голоду.

– Я тоже, – отозвалась Джина.

– Никаких трюков, – заверил их Йали. – Пожалуйста, наслаждайтесь.

Две тележки соединились вместе, образовали что‑то вроде буфетной стойки. Здесь был колбасный фарш, консервированные ананасы, рис, мясной рулет, копченая говядина, ломтики белого хлеба.

Акация наклонилась к Гриффину.

– Обстановка выглядит так, как будто сошла со случайно выбранных страниц женских журналов середины прошлого века.

– Жутковато, не правда ли? – Гриффин взял легкие закуски, отказался от любезно предложенной кока‑колы и вернулся на место.

Йали, улыбаясь, раскачивался на носках, и Гриффин застыл с куском во рту, вдруг вспомнив слова детской песенки: «Маленькие рыбки приветливо улыбались своими зубастыми ртами… »

Йали больше не мог сдерживаться.

– Я бы не хотел мешать трапезе, но мне кажется, что ваши головы тоже должны быть заняты, а не только рты, – он постучал пальцем по лбу. – Согласны?

Возражений не последовало, и Йали этого было достаточно.

– Уверен, что вы хотели бы знать, кто я такой и чем заслужил столь высокое положение на Небесах.

– Хорошо, Йали, считай, что мы заинтересовались, – Акация кивнула, не отрываясь от еды.

– Я родился в буше Нгаинг области Сор и принадлежал к клану Валалианг по отцу и клану Табинунг по матери. Во время второй мировой войны пришли европейцы и пообещали моему народу, что если мы будем сражаться с японцами, то получим все, что имеют европейцы: электрическое освещение, автомобили, металлические орудия, мясные консервы и так далее. Конечно, мы были взволнованы.

Поймите, мой народ жил простой и счастливой жизнью, пока не пришли европейцы с их оружием и миссионерами. Они объяснили нам, что мы потому лишены всех благ цивилизации, что произошли от Хама. Хам, как вы помните, был сыном Ноя, и после Потопа он смеялся над наготой пьяного отца.