Он все еще что‑то говорил, но Джорджия его не слушала. Ли видели утром с какой‑то женщиной. Неужели маме больше ничто не угрожает?

Спокойно, спокойно. Едва мимо магазинчика Джека Манди прошла какая‑то пара, как на улице появился черный «мерседес».

Джорджия застыла на месте.

Джейсон Чен.

«Мерседес» медленно проехал по Оушен‑роуд и исчез из виду, а Джорджия, вся трепеща, продолжала сидеть, мгновенно покрывшись противным потом. Воскресенье уже послезавтра. Осталось тридцать шесть часов.

Дэниел вынул из кармана телефон и набрал номер.

– Пит? Да, это я… Ладно. Отлично. – Он поглядел на часы. – Попытаюсь. Или завтра. Я твой должник, друг. Спасибо.

Он спрятал трубку обратно в задний карман джинсов.

– Капитан, точно, на борту, но Пит говорит, что он около шести часов сходит на берег поесть. Пит хочет, чтобы я подождал поблизости. – Тремя большими глотками Дэниел осушил кружку. – Увидимся через час.

Джорджия поглядела на улицу, по которой проехал черный «мерседес». Может быть, Ли с мамой тоже пытаются добраться до яхты?

– Я с тобой.

– Нет.

У Дэниела окаменело лицо, и Джорджия уловила что‑то темное и опасное в его взгляде.

– Если ты встретишь Ли, то убьешь его, да?

– При малейшей возможности, – сказал он и поставил стакан на стойку. – Жди здесь.

Джорджия схватила сумку и рванулась следом за Дэниелом.

Уже на улице он оглянулся и, увидев ее, приказал:

– Уходи.

Джорджия откинула назад голову, выдвинув вперед подбородок:

– Нет. Тебе придется приковать меня наручниками к бару, а так как наручников у тебя как будто нет, я иду с тобой.

– Ладно. Обещаю, что не убью его. Просто арестую и засажу в тюрьму до конца жизни. Так лучше?

– Нет.

– Джорджия, давай серьезно. Это может быть опасно…

– Я сумею позаботиться о себе, – вызывающе заявила Джорджия. – И стрелять я тоже умею.

– Наслышан, – сердито отозвался Дэниел.

Черт, неужели в этом городе ничего нельзя сохранить в тайне?

– Поскольку ты об этом упомянула, то наручники у меня с собой, – сказал Дэниел. – В машине. Действительно хочешь, чтобы я тебя приковал к чему‑нибудь?

Джорджии хотелось быть посмелее и сказать что‑нибудь вроде «если только в кровати и ты разденешься», но она не решилась. Не похоже, что он оценил бы ее слова.

Махнув на отель, Дэниел проговорил:

– Иди. И жди.

Этим жестом он напомнил Джорджии о Джоне и послушной Булочке, но она не Булочка, а Дэниел уж точно ей не хозяин.

33

К тому времени как Дэниел вышел из конторы начальника порта и направился к южному понтону, из‑за горизонта уже показалась луна, серебрившая обшивку кораблей. Джорджия так и не сумела привыкнуть к тому, что ночь в этих краях наступает очень быстро. Когда она жила в Англии, летние сумерки растягивались обычно часа на три‑четыре, а в Австралии темнело сразу, словно кто‑то выключал свет.

Стараясь не шуметь, Джорджия следовала за темной тенью, то есть за Дэниелом, который буквально скользил от лодки к лодке. В теплом воздухе стоял запах гниющей листвы.