И спустя полминуты Динамит позвонил:

– Ну, что там у тебя, парень?

– Сэр, у меня ролик и набор дополнительных баз.

– Баз?

– Это такие параллельные информационно-программные массивы, которые позволят вашим специалистам вносить в окончательную редакцию ролика дополнения и изменения в рамках разрешенных законодательством…

Эту длинную, надиктованную Сэмом фразу, Селинджер прочитал с листа, предварительно немного потренировавшись.

«Специалисты» и «законодательство» – это звучало убедительно и снимало многие вопросы.

– А… Ну, ладно перегоняй… Посмотрим, что ты там это самое…

– С присутствием главного героя получилось бы убедительнее, но ваши специалисты могут внести его образ позже.

– Что про «героя», я не понял?

– Ну, его же не было.

– Где не было?

– Нигде. Ни на работе, ни на квартире. На обеих квартирах.

– А… куда он делся? – в голосе Динамита прозвучали угрожающие нотки.

– Сэр, я не знаю, бригадир сказал, что его забрали люди из «медицинской организации».

– Ах, Никс, ах, сука!.. – воскликнул Динамит и связь разорвалась. После чего Селинджер со спокойно совестью перегнал на аккаунт заказчика весь материал и прикинул свою прибыль.

Изначально он рассчитывал на десять тысяч минус две – для Сэма и команды. Но пришлось добавить премиальных и заплатить бригаде Эдгара.

А еще он купил Сэму сэндвич.

Но все равно неплохо вышло. Нормально.

87

Чейн сидел уставившись в одну точку и этой точкой была молочная упаковка «Милк-Скай», от которой он никак не мог отвести взгляд.

Он бежал сколько мог, он перепрыгивал через заборы, какие-то канавы, обегал несущиеся автомобили, слышал ругательства в свой адрес, но оставлял все это позади, вместе с непонятным, чужим прошлым.

Он бежал не от людей, не от преследования, он бежал от огромного кома непонятной ему реальности, который скакал следом, высоко подпрыгивая и угрожая снова поглотить его. Но где-то на повороте Чейн сумел от него оторваться и лишь потом сел передохнуть.

– Э-э, мистер…

Чейн вздохнул и пошевелил пальцами ног в больничных шлепках.

– Мистер, вообще-то это моя территория. Я тут, это самое, добываю метал и стекло… Полагаю, вы на мою добычу не претендуете?

Чейн перевел взгляд на источник звука. Это был обычный городской бродяга, сочетавший в своих нарядах осеннее полупальто, летнюю панамку и синие утепленные штаны с лямками.

– Нет, мне ничего не нужно, – сказал Чейн, снова погружаясь в созерцанием молочной упаковки.

Бездомный прошелся по свежему, принесенному с утра мусору и подобрав несколько находок, присел неподалеку от незнакомца.

– Не очень сегодня. Только, вот эта статуэтка. Может потянет на десять дро, а может и нет. Новый хозяин скупки – такая сволочь.

Чейн расфокусированным взглядом посмотрел на бродягу и того это воодушевило.

– Я поначалу очканул немного – ваша форма меня смутила. Охрана и все такое. Но когда увидел тапочки, начал глубже проникать в смысл вашего тут сидения, мистер.

Чейн вздохнул и посмотрел на бродягу внимательнее.

– Чего тебе надо?

– Прошу прощения, но скорее что-то нужно вам, а не мне, – возразил тот.

– С чего это?

– А с того, что вы тут уже целый час раскачиваетесь, словно маятник и вопрошаете в бесконечность: кто я такой? А это, извините, фундаментальный вопрос и не заинтересоваться таковым я никак не мог.