Теперь там была лишь пара птиц, которые прятались под пожелтевший листвой от частого осеннего дождика.

Опьянение охватывало Эдварда постепенно и в какой-то момент его, мало привычного к выпивке, сделало совершенно пьяным. Однако, это было состояние, в котором он оставался достаточно адекватным.

Чейн прошёлся по квартире, поднимая брошенные вещи и поваленные стулья и пока действовал алкоголь, даже позвонил мистеру Гифсону, узнать как идут дела на работе.

– У нас всё в порядке, Эдвард. Вы-то как себя чувствуете? – поинтересовался начальник.

– Мне уже лучше, мистер Гифсон, полагаю, что завтра смогу выйти на работу.

– Хорошо, если так, Эдвард. Однако, если будет такая необходимость, побудьте дома ещё. Я не хочу, чтобы вы пришли наполовину больным. Ваша лояльность не нуждается в подтверждении.

– Да, мистер Гифсон, но если я почувствую себя лучше, то обязательно приду. Хотя бы на полдня.

– Ну, как скажете, Эдвард. Выздоравливайте скорее.

После разговора с начальством, воодушевленный Чейн решил принять душ и для большей уверенности взял с собой бутылку и стакан – на тот случай, если снова станет близок к потере контроля.

После душа, слегка освежённый и в сопровождении того же стакана и бутылки, Чейн прошёл на кухню, где снова посмотрел на своё дерево и отметил, что птиц на нём нет вовсе.

Зато прекратился дождь и выглянуло солнце, что он посчитал хорошим знаком. И чтобы не потерять приобретённое состояние, хоть какой-то адекватности, он налил себе ещё четверть стакана и выпив, на этот раз даже почувствовав дрожь, когда его передернуло от запаха дешевого алкоголя.

Взглянув на аляповатую, непонятно что изображавшую этикетку, он понюхал из горлышка и покачал головой. Потом взял диспикер и зайдя в приложение доставки, заказал себе две бутылки хорошего «крейса» двойной очистки. Затем, подумав, добавил ещё две.

На всякий случай.

Заказ доставили уже через сорок минут и у Чейна даже улучшилось настроение, он почувствовал, хоть какую-то долю своей обычной уверенности.

Так, под защитой алкоголя он кое как пережил этот день и лег спать поставив рядом на пол бутылку «крейса».

29

Утром он проснулся по будильнику, который срабатывал каждое утро в одно и то же время. Не были исключением даже выходные, ведь Чейн придерживался жесткого спортивного распорядка без скидок на рабочие и не рабочие дни.

Так он был приучен со времен своей спортивной карьеры.

Проснувшись в этот раз, он снова уставился в потолок, прислушиваясь к ощущениям и не понимая, где находится. Затем поднялся, спустил ноги с кровати и увидев свои тапочки, сунул в них ноги и направился в ванную.

Он все еще не узнавал своей квартиры, однако его тело двигалось по памяти, воспроизводя навыки на автоматизме.

Чейн почистил зубы, принял душ и даже побрился, но когда вышел из ванной в комнату, снова остановился в недоумении и лишь увидев стоявшую у кровати бутылку «крейса» и стакан, начал что-то припоминать.

Например, то, что нужно выпить и тогда что-то прояснится.

Решительно подойдя к тумбочке он налил треть стакана, но потом долил до половины и выпил алкоголь в три глотка.

Выдохнул, чувствуя мятный привкус зубной пасты.

В голове слегка затуманилось, однако появились какие-то мысли.

– Ага! Мне же нужно на работу! – вспомнил Чейн и сразу все, как будто встало на места.

Да, он отсутствовал пару дней, потому что болел. Чем болел? Об этом Чейн не задумывался, да и не мог, поскольку пока он функционировал, как бы не полностью.

Он быстро оделся и даже не забыл взять из холодильника порцию замороженных пирожков с вишней.

Последний раз, когда он был в «Марбеле», у них не работал кафетерий, а подниматься на двадцатый этаж, где находился один из рекреационных центров питания, было нелегко из-за перегруженности лифтов в обеденный перерыв.