36

Третий зал, куда попал Гриссом, совсем не был похож на то, что он видел прежде. Никакого технологического давления, никакого шума вентиляционных систем, разве только озонаторы и еще какие-то системы улучшающие климатические условия.

Правда еще запах кофе.

– Здесь пахнет кофе? – спросил Гриссом, как будто не веря собственному обонянию.

– Разумеется. Здесь квартируют наши математики, а они без кофе работать не хотят.

– А там что – грифельные доски? – спросил Гриссом, указывая на целый ряд черных ученических досок, исписанных, где-то толстым белым фломастером, а где-то обыкновенным меловым карандашом, которые использовались диспетчерами в контейнерных терминалах.

Возле некоторых досок стояли люди в белых халатах. У кого-то они были расстегнуты, у кого-то помяты. У других испачканы цветными меловыми карандашами.

Люди беседовали, что-то обсуждали и временами весьма жарко.

Другие же, напротив, стояли возле досок в одиночестве, но, похоже, также с кем-то разговаривали – возможно в своем воображении.

– Они интересные, – сделал вывод Гриссом.

– О, да, они очень интересные, – поддержал его Никс. – А вот сейчас, вот видишь эту виброскопию?

С этими словами он показал гостю свой оперативный планшет, на котором была увеличена одна из виброскопий на которой имелась надпись «Вонг».

– Это график?

– Да, вот это пересечение виброскопий – нашей и его. Он должен закончить свою работу и подойти к нам. Я хочу вас познакомить. Ты, кстати, любишь кофе?

– Ну, я иногда пью его, когда бабушка угощает.

– Ты живешь с бабушкой?

– Да.

– А чем она занимается или уже на пенсии?

– Она на пенсии, но все еще пишет статьи для «Корпиньон» и «Стил Квадратикс».

– Понятно, – кивнул Никс, в который раз коря себя за то, что пропустил Гриссома мимо своей кадровой сети. Знай он о нем больше и о том, что бабуля этого кренделя пишет статьи в ведущие научные журналы…

«Эх, Джеральд, какой же ты шалопай!» – укорил он себя фразой, которой когда-то награждала его собственная бабуля.

Через несколько секунд из-за высокой ширмы украшенной натуральными вьющимися растениями появился Вонг.

В темно синем костюме и при галстуке.

Такая форма одежды была целиком его выбором – другие математики ходили, как угодно, в старых свитерах на голое тело или летних туфлях на босу ногу. Но Вонг предпочитал именно такой туалет.

– Здравствуйте, сэр.

– Приветствую, командир. У нас тут новое приобретение, – сообщил Никс указывая на Гриссома, который уже увлеченно переходил от стенда к стенду, изображавших многомерные позиции разных, известных математикам статических и динамических формульных массивов.

Безусловно, они были ему известны, но здесь оказались представлены в немного ином виде и это Гриссома очень заинтересовало.

– Похоже его заинтересовали наши модели, – сказал Вонг, внимательно разглядывая увлеченного гостя. – Где вы его нашли, сэр?

– К стыду своему, в трех метрах от своего стола – там, наверху.

– Вот как? – удивился Вонг.

– Ну, я же сказал – к своему стыду. Представь, он обнаружил у расчетчиков синкопу и предположил вторую.

– Да ну?

Вонг снова, еще пристальней стал присматриваться к увлеченному моделями гостю.

– Да, знаком также с графическими правилами.