Дюжина полицейских графства потихоньку узнавали у агентов по продаже недвижимости относительно домов, арендованных за последние шесть месяцев, которые по площади и изолированности удовлетворяли бы похитителей. В Лондоне такую же работу проводила полиция метрополии на тот случай, если преступники решили лечь на дно в самой столице. Это означало, что нужно проверить тысячи договоров об аренде. Во главе списка стояли жилища, за аренду которых платили наличными. И таких квартир были сотни. Уже стало известно о дюжине тайных любовных гнездышек, два из которых снимали национальные знаменитости.

Представители преступного мира, тайно сотрудничающие с полицией, так называемые «травки», получили инструкцию узнать что‑нибудь о группе известных преступников, готовящихся провернуть большое дело, или о крупных преступниках, которые внезапно исчезли из вида. Преступный мир выворачивали наизнанку по‑крупному, но никаких результатов до сих пор не было.

У Крэмера была куча сообщений о том, что Саймона где‑то видели.

Сообщения эти были весьма вероятными, возможными и просто от психопатов.

И все они проверялись. Была еще большая стопка записанных на бумагу сообщений, переданных по телефону, от людей, заявлявших, что сын президента США находится у них. И опять же некоторые были от сумасшедших, а некоторые выглядели правдоподобно. К каждому звонившему из второй группы относились со всей серьезностью и убедительно просили поддерживать связь. Но Крэмер нутром чувствовал, что истинные похитители хранили молчание, давая властям возможность попотеть. И это у них получалось неплохо.

В подвале была уже выделена специальная комната, в которой сидела бригада специалистов по переговорам из Отдела криминальной разведки. Посредники, участвующие в переговорах с похитителями на британской территории, сидели и ждали своего часа, а тем временем терпеливо и спокойно беседовали с любителями мистификаций.

Некоторые из них были уже пойманы и со временем им будут предъявлены обвинения.

Найджел Крэмер подошел к окну и посмотрел вниз. Виктория‑стрит была заполнена репортерами, и каждый раз, когда ему нужно было ехать в Уайтхолл, ему приходилось избегать встречи с ними. Он ехал прямо через толпу, закрывшись в машине и подняв стекла. И тем не менее, они кричали через закрытые окна, умоляя дать им хоть какую‑нибудь информацию. Отдел по связям с прессой полиции метрополии был доведен до сумасшествия.

Он проверил часы и вздохнул. Если похитители не выйдут на контакт еще несколько часов, то, вероятно, этот американец Куинн возьмет дело в свои руки. Ему не нравилось, что в этом деле он был фактически на вторых ролях. Он читал досье Куинна, которое ему дал Лу Коллинз из ЦРУ, и он два часа беседовал со старшим администратором фирмы, входившей в компанию Ллойд, которая наняла Куинна и его странный, но эффективный талант, который он демонстрировал в течение десяти лет. То, что он узнал, произвело на него смешанное впечатление. Работник он был хороший, но необычный. Никакая полиция не любит работать с такими людьми, сколь бы ни были они талантливы. Он решил, что не поедет в аэропорт Хитроу встречать Куинна. Он примет его позже и представит его двум старшим инспекторам, которые будут сидеть рядом с ним и давать советы во время переговоров, если таковые состоятся. А сейчас пора отправляться в Уайтхолл и докладывать комитету КОБРА о последних событиях. Материала для доклада было очень, очень мало.