В зеленой... ну почему Чудовище вечно делают зеленым? Киноленты с ним всегда черно‑белые, так откуда известен его подлинный цвет? Почти все рыбы, которых видел Джек, были серебристо‑серыми – чего ради Чудовище такое тошнотворно‑зеленое?

Еще один вечный вопрос: если Эрик Клэптон[13] и должен был украсть жену одного из Битлов, почему, черт возьми, ею не могла оказаться Йоко Оно? Невозможно представить, какая ерунда лезла ему в голову, когда он не мог уснуть.

Они с Джиа сопровождали Вики и пятерых ее друзей – двух принцесс, эльфа, двух хоббитов и Злую Западную Ведьму – по домам на окраине Верхнего Вест‑сайда, где в основном стояли кирпичные особнячки на одну семью. Джиа от детей не отставала, Джек тащился за ней, а дети носились от дома к дому. Только Джиа была без маскарадного костюма, хотя уверяла, что это не так. Она говорила, будто притворяется беременной женщиной. И поскольку она отнюдь не выглядела замужней дамой, Джек не мог спорить.

Сквозь прорези в маске он видел, как дети поднялись по ступенькам крыльца очередного дома и позвонили в дверь. Услышав хор голосов «Угощай или пожалеешь!», дверь открыл симпатичный лысоватый мужчина в роговых очках и синем блейзере. Он насыпал по горсти конфет в каждый из детских мешочков и улыбнулся Джеку, ждавшему на тротуаре.

– Привет, Чудовище! – Мужчина поднял в знак одобрения большой палец. – Здорово!

– Еще бы не здорово после такой платы за аренду, – приглушенно отозвался из‑под маски Джек.

– А как насчет глотка холодного чая, чтобы ноги не подкосились?

– Мне понадобится соломинка.

Мужчина расхохотался:

– Нет проблем.

Джек махнул ему и двинулся вслед за детьми.

– Как‑нибудь в другой раз. Но за предложение спасибо.

– Счастливого Хеллоуина! – откликнулся мужчина и закрыл двери.

Вики отстала от своих друзей, которые уже поднимались к следующей двери. В своей черной остроконечной шляпе, с развевающимся плащом и зеленой бородавчатой кожей она была настоящей мини‑Маргарет Хамильтон.

– Посмотри, Джек! – закричала она, роясь в своем мешочке. – Он дал мне «сникерс»!

– Мой любимый, – сообщил Джек.

– Знаю! Можешь получить.

Джек знал, что у девочки аллергия на шоколад, но все равно был тронут ее щедростью. Он восхищался той связью, которая постоянно крепла между ними, и порой думал, будет ли любить собственного ребенка так, как любит Вики.

– Миллион благодарностей, Вик, но... – он протянул руку в перчатке с толстыми пальцами и резиновыми когтями, – можешь ли ты сохранить его для меня, пока мы не придем домой?

Вики улыбнулась, кинула «сникерс» обратно в мешочек и побежала за друзьями. Они уже собирались спускаться с крыльца. Дверь закрылась перед самым носом Вики. Она постучала, но молодая женщина за стеклом помотала головой и отвернулась. Девочка постучала еще раз, но хозяйка дома нарочито повернулась спиной, давая понять, что, мол, пошла вон.

Вики спустилась на тротуар и посмотрела на Джиа.

Глаза ее налились слезами.

– Мам, она не дала мне ни одной конфетки.

– Может, она уже все раздала, дорогая.

– Нет. Я видела, у нее полная ваза. Почему она мне ничего не дала?

Внезапно Джека окатило жаром.

– Давай пойдем и выясним.

– Джек, – остановила его Джиа. – Успокойся.

– Я спокоен, я совершенно спокоен, – сказал он, хотя стоило ему еще раз взглянуть на Вики, смахивающую слезы, как он испытал все, что угодно, кроме спокойствия. – Я просто хочу удовлетворить свое любопытство.