Вскоре путь уже не казался таким простым: дорога пошла в горы, и прыжки на малые расстояния оказались затруднены из-за плохой видимости. Приходилось перебираться исключительно ногами. Но Магирус по-прежнему уверенно правил в известном ему направлении: путь отряда вёл к застывшему морю. Мороз крепчал, отчего дышать становилось трудно. Уж насколько скверно чувствовал себя Лён, а каково приходилось Энине? Острые, колющие потоки снега теперь несло прямо в лицо, ледяная масса забивалась под капюшон, проникала под застёжки тулупа, таяла на щеках и губах, тяжёлым грузом скапливалась на плечах. Забивалась под вещевые мешки, ставшие вдруг тяжёлыми и скользкими. А Магирус всё не объявлял привал. Да и негде было: кругом сплошные, едва преодолимые скалы да чуть приметная тропа. Если бы не магическая способность переноситься в пространстве, отряд ни за что не преодолел бы этот переход.

Энина изнемогала - силы быстро оставляли её, и девушка становилась настоящей обузой отряду. Изо всех сил, молча, стиснув зубы, она карабкалась по камням, цеплялась за выступы. У неё не было вещевого мешка - мужчины избавили её от этой ноши, но за отвороты меховых сапог набилось много снега, обувь стала тяжёлой, внутри сырой и неприподъёмной. Казалось, ещё немного, и девушка расплачется. Валандер явно выбивался из последних сил, и даже сам Гонда, который, кажется, был сделан из железа, всё чаще спотыкался и едва не падал.

Лён еле держался, его охватывал ужас при мысли, что придётся провести тут целую неделю! Он мельком глянул на Пантегри и изумился: на лице старшекурсника не было и следа усталости, в янтарных глазах его словно мерцал какой-то огонь - тот чувствовал себя прекрасно в этой бешеной среде. Так же спокойны были Очерота и Диян: эти невыносимые условия были вполне привычны для уроженцев холодного мира Содружества! Вот это охотники! Вот она, прирождённая черта жаворонарцев, делавшая их незаменимыми бойцами!

Наконец, Пантегри взвалил измученную и обессилевшую девушку себе на спину и продолжил путь с этой ношей, лишь едва замедлив движение - физическая сила его впечатляла. Да, в этом походе друзья Лёна показали высший класс выносливости.

Его сердце задрожало от радости, когда Гонда, наконец, дал знак остановиться. Небольшое углубление в боку горы, тесная каменная нора, но это было что-то. Тут можно передохнуть. На счастье ветер дул так, что миновал это убежище, оставалось только выгрести снег, набившийся в пещеру.

- Ни в коем случае нельзя использовать огонь, - сказал Магирус обветренными губами, - иначе привлечёте холодных червей, они чувствуют тепло за многие мили.

Снег пришлось выгребать руками, отчего меховые варежки совсем промокли и затем обледенели. Наконец, отряд кое-как устроился и затих в изнеможении, слушая рычание и дикий вой ветра, глядя на носящиеся в мутном воздухе крутящиеся вихри.

Вэйвэ о чем-то тихо говорил с Магирусом. Жаворонарцы сразу уснули, забравшись в меховые мешки. Энина мрачно смотрела на отверстие входа - глаза её окружили тёмные круги, лицо покрыли неровные пятна красноты. Лён чувствовал себя так же скверно.

- Скажи, Магирус, зачем надо было идти сюда в сезон бурь? - тихо спросил Гонду Валандер. - Какая необходимость? У нас закончился запас яиц?

- Приказы Совета не обсуждают, - утомлённо ответил глава экспедиции, не открывая глаз.

ГЛАВА 3

Подниматься было ужасно тяжело: всё тело ломило, мышцы болели. К счастью, никто не обморозился. Измученное тело требовало пищи и тепла. А развести огонь вне палатки из изолирующего материала нельзя: тут же нагрянут холодные черви.