– И ты будешь встречаться с другими мужчинами? – с тревогой спросила Мари‑Анж.

– Конечно же, нет, глупышка. Я замужем за папой. – Казалось, последние дни она повторяла это миллионы раз.

– А, по‑моему, ты очень понравилась мистеру Бернхаму, когда мы были на корабле. Я видела – он иногда смотрел на тебя с таким видом, словно считал тебя ни на кого не похожей.

Устами младенца… Лиана оторвалась от своего занятия и посмотрела на дочь.

– Он очень хороший человек, Мари‑Анж И я тоже считаю, что таких, как он, больше нет. Мы с ним очень хорошие друзья, вот и все. Кстати, он женат.

– А вот и нет.

– Конечно, женат. – День еще не начался, а Лиана уже чувствовала себя усталой и еле дождалась того момента, когда чулки были натянуты и она могла выйти из дома – Ты же видела его жену на «Нормандии» в прошлом году и его сына Джона.

– Я знаю. Но во вчерашней газете написано, что он разводится.

– Да? – У Лианы замерло сердце. – Где?

– В Нью‑Йорке.

– Я имею в виду, где это опубликовано в газете. – Она просмотрела лишь первые страницы с военными сводками, так как опаздывала на работу.

– Не помню. Только сказано, что у них был страшный скандал и он подал на развод и хочет оставить у себя сына, а она не дает.

Лиана онемела. Горничная помогла ей отыскать газету в кладовке. Мари‑Анж не ошиблась. Все так и было. Статья на третьей странице. Николас Бернхам намеревался возбудить судебное дело против своей супруги, которая вместе с Филиппом Маркхамом устроила в Нью‑Йорке страшный скандал, а теперь Ник подавал на развод, и Маркхам должен был выступить соответчиком. К тому же Ник требовал оставить сына на его попечении, однако выиграет ли он дело, предугадать невозможно.

Добравшись до Красного Креста, Лиана с трудом преодолела искушение позвонить Нику. Но как и раньше, она повесила трубку, так и не набрав номер. Даже если он разведется, она оставалась замужем. Ничто не изменилось, включая ее чувства к Нику. И к Арману.

Глава двадцать восьмая

За неделю до Рождества Ник Бернхам ворвался в офис своего адвоката.

– У вас назначена встреча с мистером Гриром, сэр? – спросила секретарша.

– Нет.

– Боюсь, у него сейчас клиент, а затем он едет в суд.

– Тогда я подожду.

– Но я не могу… – Она начала было подробно вводить его в курс своих обязанностей, но стоило ей взглянуть ему в глаза, как она осеклась. Вид у посетителя был вполне приличный, но, казалось, стоит его чуть‑чуть задеть, и он убьет. Никогда в жизни она не видела такой ярости. – Может, я сообщу ему… ваше имя?

– Николас Бернхам. – Секретарше это имя было знакомо, и она тут же исчезла. Через десять минут клиент вышел из кабинета, и Ника провели к Бену Гриру.

– Привет, Ник. Как дела?

– Прекрасно. Более или менее.

– О Боже. – Бену хватило одного взгляда, чтобы понять, что Ник попал в трудное положение – под глазами черные круги, а зубы сжаты с такой силой, словно он с трудом сдерживался, чтобы не взорваться. Хочешь выпить?

– Что, настолько плохо выгляжу? – Ник постарался взять себя в руки, опустился в кресло и выжал из себя усталую улыбку. – Похоже, дела и на самом деле обстоят не так уж хорошо.

– Думаю, да, иначе тебя бы не было здесь. Чем могу помочь?

– Убей мою жену.