– Ты можешь гордиться собой.

– Судья оказался мудрым человеком.

– Просто старый дурак. Нику оставалось надеяться только на то, что Бен прав и сын ей скоро надоест. Джонни вышел, остановился рядом с Ником и посмотрел сквозь слезы на мать.

– Готов, милый?

Джон покачал головой и прижался к Нику.

– Он сложил свои вещи? – Хиллари посмотрела Нику в глаза.

– Да. – Ник указал на саквояжи в коридоре. – Я бы хотел обсудить с тобой, когда я смогу с ним видеться.

– Да, конечно. – Теперь она была готова проявить великодушие. Ник мог видеться с сыном когда угодно. Она уже добилась своего. Мальчик принадлежит ей. Так что теперь Ник может говорить о ней все, что угодно, это не лишит ее попечительства над Джоном. Даже мать Филиппа позвонила и поздравила их. – Я тоже хотела бы попросить тебя кое о чем.

– О чем? – тяжело спросил Ник.

– Мы можем войти внутрь? – Ник так и не пригласил Хиллари зайти.

– Зачем?

– Я бы хотела переговорить с тобой с глазу на глаз.

– Нам не о чем говорить.

– А я думаю, есть. – Она сверлила Ника взглядом, и тот, осторожно отстранив Джонни, повернулся и направился в библиотеку. Хиллари поспешно двинулась за ним.

– Я бы хотел увидеться в ближайшие выходные, если тебя это устраивает.

– Я уточню наши планы и дам тебе знать. Я еще не знаю наверняка, что мы будем делать.

Ник с трудом сдерживался, чтобы не дать Хиллари пощечину.

– Позвони мне сегодня же. Мальчику нужно время, чтобы привыкнуть к новой обстановке. Ему будет проще, если на этих днях он сможет вернуться сюда.

376

– А откуда мне знать, что ты не сбежишь с ним?

– Я не могу так поступить. – Хиллари и сама достаточно хорошо знала Ника, чтобы понимать, что он никогда этого не сделает. – Так что ты хотела мне сказать? – Ник устремил на Хиллари тяжелый взгляд.

– Чек.

– Какой чек?

– Деньги на содержание ребенка. Полагаю, я должна их получать с сегодняшнего дня, раз Джонни уезжает со мной. – Ник посмотрел на нее, не веря своим ушам, потом, не говоря ни слова, открыл ящик, достал чековую книжку и, склонившись, вывел ее имя, свое и сумму.

– Меня тошнит от тебя, – промолвил он, протягивая ей чек дрожащей рукой.

– Благодарю. – Хиллари улыбнулась и вышла. Ник последовал за ней в прихожую, где рядом с саквояжами стоял Джонни. Теперь уже ничего нельзя было изменить. Наступил конец. Война проиграна. Ник обнял Джонни и под звук детских рыданий нажал кнопку лифта. Один за другим в лифт загрузили саквояжи, и Хиллари крепко взяла сына за руку. Они вошли в кабину, и медленно сходящиеся створки дверей скрыли из вида рыдавшего Джонни. Ник остался один и, теперь уже не сдерживаясь, прижался к стене и дал волю слезам.

Глава тридцать шестая

Джонни переехал к матери вечером третьего декабря. Тремя днями позже Лиана прочла в газете о печальном для Ника исходе разбирательства. Этого‑то она и боялась. Ребенка редко отдавали отцу, даже такому, как Ник, хотя Лиана надеялась и молилась об этом. Дядюшка с изумлением взирал на нее, когда в то утро с отчаянным видом она застыла с газетой в руках.

– Что‑нибудь случилось? – Он никогда раньше не видел ее в таком состоянии, и Лиана ответила не сразу. Он уже начал гадать, не случилось ли чего во Франции, хотя, просматривая газету, сам ничего не заметил. И наконец Лиана собралась с силами:

– С моим другом произошла ужасная вещь.

– Я его знаю? – Лиана покачала головой.