|
Но девочки тут же забыли о чулках, как только открыли – Лиана и Джордж заметили это – подарки Ника. Он купил им прекрасные игрушки. Девочки прямо повисли на нем. Затем Ник протянул пакет Джорджу – старшему в клане. Там оказалась книга. После этого он повернулся к Лиане и протянул ей небольшую коробочку. Он помнил, что это его первый подарок. Когда они тринадцать дней плыли на корабле, у него не было возможности делать ей подарки. А сойдя с корабля, он сразу же проводил ее на поезд. В первое время Ник часто с сожалением думал о том, что ничего, кроме своего сердца, не мог подарить Лиане. Но ему все‑таки хотелось подарить ей что‑нибудь на память о себе. Он ведь не знал, что воспоминания о нем были для нее уже самым большим подарком. Она по‑прежнему носила их в своем сердце.
– Ты не должен был это делать, – сказала она, продолжая держать коробочку в руках. – Мне очень хотелось. Открой, она не кусается. Дядя Джордж с интересом наблюдал за ними. У него появилось – подозрение, что они знают друг друга куда лучше, чем он предполагал. А возможно, даже лучше, чем хотят показать. Он, как и Ник, наблюдал за выражением глаз Лианы, когда та открывала коробочку. Там оказался золотой браслет, целый, без застежки – просто широкая золотая полоска. Она надела его на руку, но Ник взял ее за руку и тихонько прошептал так, чтобы никто не слышал: – Прочти, что там написано. Она сняла браслет и, увидела лишь одно слово – «Довиль». Надев его снова на руку, она посмотрела на Ника, не зная, может ли принять этот подарок, но ей очень не хотелось отказываться от него. – Это просто прелесть. Ну зачем ты, Ник… – Почему нет? – Он старался понять, что она чувствует, и сказал так, чтобы слышала только она: – Я давно хотел это сделать Это мой запоздалый подарок. Дядя Джордж открыл книгу и вскрикнул от радости. Он давно мечтал о ней. Он пожал Нику руку. Потом Джордж угостил их рассказами об отце Ника, о том, как они встретились, о проделке, которую они однажды устроили. Из‑за этого их чуть было не арестовали. Слава Богу, они знали всех полицейских в Нью‑Йорке. Они неслись на машине по Парк‑авеню и распивали шампанское с двумя не слишком респектабельными девицами. Он смеялся, вспоминая прошлое, и снова почувствовал себя молодым. Лиана налила вина себе и Нику. Она медленно пила вино, ощущая на своей руке браслет. Слово на его внутренней стороне значило для нее не меньше, чем сам подарок. «Довиль»… Ей приходилось бороться с воспоминаниями, с трудом прислушиваясь к тому, о чем говорилось за столом. – Вы однажды вместе пересекли океан, не так ли? – На самом деле дважды. – Ник улыбнулся Лиане, она поймала его взгляд. Она не говорила дяде Джорджу, что Ник был на «Довиле». – Оба раза на «Нормандии»? Ник сконфузился и покачал головой. Было уже поздно лгать. Больше скрывать им было нечего. – Один раз на «Нормандии» – в тридцать девятом. А в прошлом году на «Довиле», мы оба возвращались домой. Я задержался в Европе и попал в ловушку. Понадобилась уйма времени, чтобы выкрутиться. Когда началась война, я отправил сына на «Аквитании», а сам не уезжал из Парижа до самой оккупации. Это звучало достаточно невинно. Джордж взглянул на Лиану, но на ее лице ничего не отразилось. – Да, это было запоминающееся плавание. Вы спасали людей. – Да. – На лицо Ника легла тень, когда он вспомнил людей, которых вытаскивали на борт. – Мы трудились из последних сил, чтобы спасти их. Лиана всю ночь оставалась в операционной, а в последующие дни ухаживала за ранеными. – Все делали больше, чем могли, – быстро перебила его Лиана. |
