– Надеюсь, в будущем году мы лучше проведем Рождество.

– Я тоже надеюсь. И… спасибо, Ник.

– Береги себя. Я как‑нибудь позвоню тебе, и мы вместе пообедаем.

– Это было бы хорошо. – Она произнесла это без всякого энтузиазма.

После его ухода она уложила девочек спать и на несколько минут спустилась к дяде Джорджу. Ник произвел на него хорошее впечатление, и он хотел знать, почему она прежде ничего не рассказывала о нем.

– Я не очень хорошо его знаю. Мы встречались несколько раз на корабле и на двух вечеринках во Франции.

– Он знает Армана?

– Конечно. Он путешествовал с женой, когда мы познакомились.

– Но сейчас он разведен, не так ли? – Дядя неожиданно припомнил скандал, о котором газеты писали весь год. Он редко интересовался такими вещами, но этот случай бросился ему в глаза. – Я знаю, что был какой‑то скандал. Жена с кем‑то убежала, и они судились из‑за ребенка. – Он нахмурился – Где теперь мальчик?

– Месяц назад его жена выиграла дело. Подозреваю, что он из‑за этого снова пошел служить.

Дядя кивнул и зажег сигару.

– Хороший человек.

Потом Лиана пожелала ему спокойной ночи и оставила одного, наедине со своими мыслями. Сама же вернулась в комнату и предалась своим размышлениям. Она осторожно сняла браслет и долго смотрела на него. Затем решительно отложила в сторону и постаралась забыть о нем. Но даже в темноте она ощущала его рядом и знала, что написано на его внутренней стороне: «Довиль». Единственное слово, которое пробуждало в ней запретные воспоминания.

Глава сорок вторая

На следующий день Ник позвонил Лиане, чтобы поблагодарить за прекрасный вечер, и пожелал всем счастливого Рождества. Лиана старалась, чтобы разговор вышел кратким и официальным, но, услышав его голос, она ощутила укол в сердце. Она почувствовала, как ему одиноко без сына. И не удержалась.

– Ты звонил сегодня Джонни, Ник?

– Да. – Его голос упал. Лиана поняла, что была права в своем предположении. День был для него трудным. – Он плакал, как маленький. У меня сердце разрывалось на части. А его мать сегодня уезжает на две недели в Палм‑Бич одна, без него. – Он вздохнул. – Ничего не изменилось, и я ничего не могу поделать.

– Может быть, когда вернешься… – Она отвечала на собственные мысли.

– Тогда я что‑нибудь предприму. Мои адвокат советует в любом случае подождать с апелляцией. Но я по крайней мере знаю, что мальчик жив и здоров. Маркхам абсолютный дурак, его ничего не интересует, кроме развлечений. Он не станет обижать Джонни. – Раньше он говорил другое, но теперь выхода не было. Он знал, что Хиллари не будет нянчиться с ребенком, но все‑таки присмотрит за ним, иначе это было бы все равно что бросить его вообще. – Бретт Уильямс последит за моими делами. Если все пойдет неплохо, он займется и Джонни. Это все, что я смог сделать до отъезда.

Она слушала, и у нее болело сердце. Лиана знала, как Ник любит ребенка. Отчасти поэтому она и пригласила его.

– Поэтому ты и пошел добровольцем, Ник?

– Более или менее. Мне нужно сменить обстановку. Идет война, и это какое‑то облегчение после того, что было в прошлом году.

– Только не сходи с ума, когда корабль отплывет. – Она подумала, что ему стоило все‑таки остаться, чтобы быть с Джонни. Иногда ему и самому так казалось, но сейчас он был рад, что записался добровольцем, особенно после того, как нашел ее.

– Я еще не уехал. – Он улыбнулся, стоя у аппарата в своей гостинице.