Ник покачал головой:

– Я не забуду вас. Если вам когда‑нибудь понадобится помощь, позвоните. Мой номер есть в парижском телефонном справочнике.

Лиана с удовольствием поддержала мысль о продолжении знакомства в Париже, но не верила в возможность подобного звонка. Ее жизнь с Арманом давала ей все. Скорее они понадобятся Нику.

Они постояли еще немного, молча глядя на море, наконец Лиана со вздохом взглянула на часы.

– Боюсь, муж сегодня будет работать допоздна. Я хотела его дождаться, но, видимо, мне пора ложиться. Завтра последний день, придется укладывать вещи. – Вещей действительно было много – ведь Лиане приходилось каждый день переодеваться несколько раз: перед ленчем, потом перед вечерним чаем, не считая балов, обедов у капитана и спектаклей. Мужчинам было проще – вечером они выходили в галстуке и белом фраке. – Удивительно, мы пробыли на корабле пять дней, а кажется, прошло пять недель.

Он улыбнулся:

– У меня тоже такое чувство.

Но теперь Нику хотелось поскорее попасть в Париж. Он был рад, что осталось плыть всего один день. Он взглянул на Лиану и подумал, что они могли бы завтра еще раз встретиться на корте.

– Могу я пригласить вас завтра еще раз сыграть в теннис?

– С удовольствием, но только если Арман будет занят. – Лиана все же надеялась, что завтра Арман освободится. Ник был ей очень симпатичен, но жизнь без Армана становилась просто невыносимой.

– Конечно. Я найду вас завтра утром, и мы договоримся.

– Спасибо, Ник. – Она дружески коснулась его руки. – Все будет хорошо, вот увидите. Он улыбнулся в ответ и помахал ей:

– Спокойной ночи.

Лиана ушла к себе, а Ник все еще стоял на палубе, думая о ней. Как жаль, что он не встретил эту необыкновенную женщину лет десять‑двенадцать назад. Но тогда ему было всего двадцать шесть, и он едва ли вызвал бы у нее интерес. Впрочем, она тоже не заинтересовала бы его. Десять лет назад его привлекали женщины, от которых захватывает дух, с которыми можно танцевать всю ночь напролет. Лиана же была совсем другой – спокойной, рассудительной, уравновешенной. И в то же время в ней ощущалось что‑то волнующее. Ник представлял ее бегущей в лунном свете через сад… или плещущейся в бассейне, или лежащей с распущенными волосами на золотистом песке пляжа… Эти видения наполнили его ощущением спокойной, светлой красоты. Он вернулся в свою новую каюту, впервые за долгое время чувствуя себя умиротворенным.

Глава девятая

– Где ты был ночью?

– Хиллари смотрела на мужа сквозь дымку, стоящую в глазах после выпитого накануне шампанского. Она не особенно обрадовалась, когда он вошел из коридора в каюту и, ни слова не говоря, налил себе кофе.

– В своей каюте.

– И где же это?

– Тут, неподалеку.

– Очень мило. Я видела, как ты уносил вещи.

– И, наверное, проплакала ночь напролет? – сказал он с долей ядовитой иронии, заглядывая в корабельную газету и намазывая маслом круассан.

– Не понимаю, какого черта ты решил переехать.

– Ах, не понимаешь? – он говорил до странности спокойно.

Она, не поднимаясь с места, бросила на него внимательный взгляд.

– Значит, мы перешли на новую стадию. Теперь – отдельные комнаты. Или ты просто разозлился на меня вчера?

– Какое это имеет значение, Хил? – Он оторвался от газеты, а затем и вовсе отложил ее в сторону. – Мне кажется, так будет лучше. Ты вчера прекрасно проводила время, и я не хотел тебе мешать веселиться.

– Или самому себе? Что, сегодня опять будешь играть в теннис, а, Ник? – Тон был совершенно невинным, но, посмотрев ей в глаза, он понял, что надвигается буря.