Конечно, сержант занимался этим не ради собственного удовольствия, он лишь выполнял приказ своего командира Дугласа – разрядить напряженную обстановку в поселке, сложившуюся после объявления по местному радио информации о готовящемся крупномасштабном террористическом акте. Уже весь взвод британцев прибыл в Аль-Молааман. Идея лейтенанта Дугласа запустить воздушного змея оказалась очень своевременной. Он рассудил здраво: у маленьких детей нет национальных предрассудков, им что британец, что русский, лишь бы было весело. А уж наладив контакт с детьми, нетрудно станет обрести доверие и их родителей. Ведь они убедятся, что никакой угрозы чужаки в военной форме для них не представляют. Крестьянину по большому счету нужно одно – мир, чтобы спокойно работать на земле да пасти скот. А враждебное настроение – обычно плод пропаганды.

– За мной! – крикнул по-английски сержант, но тут же вспомнил, что обращается к афганцам.

Однако дети и так все прекрасно поняли, тут же побежали вслед за британцем. Сильный порыв ветра тянул воздушного змея далеко в поле, и сержанту приходилось прилагать немало усилий, чтобы удержать его в руках. Леска, накрученная на ладонь, глубоко впилась в кожу.

Дети настолько увлеклись погоней за змеем, что уже не обращали внимания ни на что другое. Они даже не заметили, что пересекли условную черту из выложенных на земле камней, за которой начиналось минное поле, о котором их не раз предупреждали родители. Если бы сержант знал, что здесь есть мины, он, конечно бы, не повел детей в опасное место.

Неожиданно один из мальчиков остановился, почувствовав неладное. Испуганно посмотрел под ноги. Он стоял на так называемой прыгающей мине. С нее нельзя сойти, пружина уже освобождена, мина выпрыгнет и взорвется в метре от земли. О подобных минах он знал не понаслышке. В прошлом году его сверстник-сосед подорвался на глазах у мальчишки. Товарищи, уже сообразившие, что произошло, тут же испугались и бросились в поселок. На поле остались только британский сержант и маленький мальчик.

Так как британец не знал пушту, то он начал объяснять ребенку жестами, чтобы тот оставался на месте и не двигался. Мальчик понял сержанта, послушно кивнул и опустил голову.

* * *

– Долго стоит? – тяжело дыша, спросил подобравшийся по свежим следам к сержанту майор Лавров.

– Минут двадцать.

– Молодец, держится. Ведь от страха недолго и сознание потерять.

– Или в панике броситься бежать, – добавил британец и, как мог, приветливо улыбнулся мальчишке.

Белым привидением в отдалении высился старик. Его морщинистое лицо казалось застывшей маской. Он смотрел на военных одновременно с ненавистью и надеждой. Ведь это советские военные установили минное поле. Но только военные и могли попытаться спасти его любимого внука.

– Если мальчишка подорвется, не знаю, как вас, русских, но нас, британцев, они точно перестреляют.

– Не думаю, что они делают между нами различие после заявления, переданного по радио. – Лавров продолжал улыбаться мальчику и успокаивающе помахивал рукой, мол, стой на месте, и мы тебе обязательно поможем. А сам в это время лихорадочно прикидывал, чем он может помочь.

«Мина-лягушка – коварная штука. Теперь их не используют, старые запасы уничтожаются. Но пришло же кому-то в голову, что выпрыгнувшая на метр из земли мина нанесет больше поражения живой силе противника, чем взорвавшаяся в земле».

– Выходи, сержант, с поля, ступай только в следы, которые сам оставил. А я – вперед.