— Ну, а как же тогда мне…

 — (Ты ищешь живое. Это неживое!) — оборвали меня его мысли. — Это система, ты, земляной червяк, — сказал он, медленно и четко, точно я был круглым болваном. — Всего лишь система. Кроме нее, здесь ты никого не найдешь.

 — Я знаю, но…

 — Ни хрена ты не знаешь, малыш. Мои записи не рассказали тебе всего. Ты не понял важную часть…

 — (Подожди), — подумал я, — (не говори. У меня на хвосте легионеры Центавра, и я не уверен, что за мной не шпионят.)

 Мертвый Глаз нахмурился, но согласился.

 — (Хрен с ними… Они не могут слышать нас…) — В любом случае, думать ему нравилось больше. Мне тоже.

 — (В Сети нет никого, похожего на тебя или на меня, понимаешь? Смотри.) — Он показал мне:

 Сеть не использовала ни один из тех видов энергии, которые использовал когда-либо я. Мне удалось опознать лишь нейротермические схемы — потоки раскаленных нейронов, поскольку именно так псионы общаются с другими людьми. Сейчас мне предстояло научиться видеть новую часть спектра и узнавать новые виды структур. (Это не придет к тебе само — ты должен добраться до него… Ты когда-нибудь ловил случайные электромагнитные сигналы в набитой охраной зоне?)

 Я кивнул, вспоминая ту свистящую «белую» комнату, через которую недавно прошел.

 — (Это значит, что твой талант — широкого диапазона. С этим у тебя проблем нет… но, для начала, ты должен прекратить искать лишнее.) — Вот почему я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь из псионов делал это раньше: им и в голову-то никогда не приходило так работать. — (Даже люди, использующие эту систему, однажды попав внутрь, превращаются в замкнутые узоры электромагнитных потоков. Люди исчезают, остаются одни волны. Сеть состоит из биллионов мышей…)

 — Что?

 — (Заткнись. Мыши — они же люди, голова садовая. Биллионы и биллионы мышей, работающих параллельно в одно и то же время, натренированных нажимать нужную кнопку, регистрироваться в системе и отключаться от нее…) — Человек разлагает входящую информацию на элементы; складывает из элементов новые узоры, снова и снова изменяя старые… подчиняясь приказам. (Командные борты устанавливают правила, которые и сцеживаются вниз. Мышь следует им. Она съедает свои пилюли, срет и идет домой.) Им никогда не представить себе могущества системы, частью которой они являются; но в то же самое время без них система не может существовать. Человеческий мозг ограничен в своих функциях, но зато он дешевое, маневренное и надежное оборудование. Мозгов всегда вдоволь. И когда они связаны вместе в одну сеть, сплавлены, сплетены в гигантском суперисточнике информации в единое целое, то слабые, тщедушные, вялые человеческие интеллекты превращаются в не что большее…

 — (Сверхбытие), — подумал я, вспоминая то, что говорила Элнер. — (Со своей экосистемой. С суперинтеллектами…)

 — (Точно.) — Мертвый Глаз удивленно посмотрел на меня и кивнул. — (Вот облегченье-то!)

 — (Что?)

 — (Ты не настолько глуп, как я думал.)

 Я раздосадованно закатил глаза.

 — (Но корпорации-то в реальности существуют в Сети? Ты вправду их видел? Они разговаривают друг с другом, грызутся, как в реальном мире?)

 Мертвый Глаз недовольно фыркнул:

 — (Я же сказал, что существуют, разве нет? Но они не похожи на тебя или меня, они не играют в кости, черт побери.