— Уже нет. — Я поднял взлохмаченную, налитую чугуном голову с подушки. — Чего тебе надо?

 — Хочу такую же прическу, как у тебя. И еще: вчера… с Дэриком… ты запустил ему в руку ядовитый зуб. Я хочу такой же. Почему ты без пижамы?

 — О Господи! — Я упал в подушку. — Я очень устал.

 Он потряс меня:

 — Ты работаешь на Центавр — получай от меня приказ.

 Я резко сел, Джиро даже не успел пошевелиться. Схватил его за локоть.

 — Ты хочешь знать, что я сделал с Дэриком?

 Джиро открыл рот, затем стал отчаянно вырываться, извиваясь, как змея.

 Я оттолкнул его.

 — Иди к черту.

 Джиро поспешно отступил к двери, я прочел в его мозгу смесь ослиного упрямства, благоговения и ужаса. Дверь с грохотом захлопнулась.

 Я лег, пытаясь заснуть. Но адреналин скакал в моих венах, как взбесившийся конь: я вспомнил, где нахожусь и почему. В конце концов я заставил себя встать и заковылял в ванную. Холодный душ приятно покалывал кожу, взбадривая тело и мозги.

 Выйдя из ванной, я посмотрелся в зеркало: чужие глаза, взлохмаченная голова. Волосы стояли колом даже после душа: Брэди дал отличное средство. Интересно, не придется ли бриться наголо, чтобы избавиться от этой прически?

 Я вернулся в комнату. Ночное оцепенение не проходило. Я натянул на себя форму, чувствуя отвращение и к форме, и к поблескивающим на ней знакам корпорации, и к тому, что они символизировали.

 — Откуда у тебя шрамы на спине?.. Ты наемник? Ты был на войне?

 Из дверей за мной наблюдал Джиро.

 — Нет. Да… вроде того. — Я схватил первую попавшуюся рубашку и поспешно натянул на себя.

 — Я хотел бы быть тобой, — сказал Джиро, мечтательно глядя в потолок.

 — Нет, ты не можешь хотеть этого. Глупый маленький шельмец.

 — Это татуировка?

 — Да.

 — А почему у тебя на попе знак дракона?

 Я посмотрел на голубую ящерицу, ползущую вверх по бедру. Вокруг ее головы мерцало ожерелье из перьев или язычков пламени; мне было трудно разглядеть ящерицу и поэтому я не мог сказать перья это или пламя.

 — Это не дракон.

 — Нет, дракон. И солнечные лучи…

 — Просто ящерица.

 Тут мне на глаза попался лежащий на ворохе одежды тюбик с гелем. Я сунул его Джиро.

 — Вот. Взлохмать волосы и зафиксируй гелем, — посоветовал я, надеясь избавиться от Джиро. Но мальчик прошел в комнату и расположился перед зеркалом в ванной, как в своей. Я побыстрее оделся.

 — Эй, не получается! — Джиро высунул голову из ванной, как раз когда я собирался улизнуть.

 Я остановился и посмотрел на него. Его длинные, до плеч, волосы не хотели вставать дыбом и мягко падали на лоб, черной занавеской закрывая лицо. Я прикусил губу, чтобы не рассмеяться.

 — У тебя слишком длинные волосы.

 Джиро откинул челку назад и покосился на меня.

 — И что мне делать?

 — Отрежь их, — сказал я и вышел из комнаты.

 Все еще спали, даже слуги. Я спустился по лестнице, стараясь не шуметь, радуясь, что никого не встретил. Поплутав по дому, я нашел кухню, огромную, как склад, но значительно чище. Голод приглушил мое беспокойство: я переходил от стола к столу, изучая устройство всяких кухонных штук до тех пор, пока один из блоков не выплюнул стакан с горячим кофе прямо мне в руки.