Но…

Венатор ду Мареллус звал ее по имени? Она не помнила. Она сомневалась.

— Все хорошо, — голос Пророка пугал еще сильнее в попытке успокоить. — Можешь сказать. «Откуда ты знаешь мое имя?». А я отвечу: я видел этот разговор. Я видел, как спрашиваю тебя, хочешь ли ты узнать о моих снах. Я видел, как ты отреагировала на имя «Холлис». Не нужно признаваться, я знаю, — он прислонился плечом к стене, волосы на лице подвинулись от его улыбки. — Забавно, да? Я знаю, потому что знал, что знаю. Я мог бы стать чудесным философом.

Холлис дрожала. Не от холода, хотя в коробке, казалось, упала температура.

— Скажи, Холлис, думаешь, есть смысл игнорировать разговор, что начертан судьбой?

— Думаю, ты врешь.

— О, да?

Она могла ударить себя за слова. Она не должна была говорить с ним. Она должна была молчать, дать существу болтать. Но теперь она заговорила и не могла остановить язык.

— Твоя тень подавлена этим железом. У тебя нет доступа к ее силам. Ты врешь.

— Что меняет нехватка магии? — он рассмеялся. От звука ее кожу покалывало. — Это видение у меня было три года назад. Они вытащили меня из камеры, дали мне яды, чтобы снять подавления на мне и моей тени. Они поставили меня на колени и сказали видеть. Что же им нужно было? — он постучал длинным костлявым пальцем по волосам вокруг рта. — Ах, да. Угроза какой-то крепости, и они хотели, чтобы я сказал им, как ее спасти. Но! — он пожал плечами, качая головой. — Я не управляю толком направлением видений. Они идут, куда хотят. И я был рад, оказавшись с такой красавицей, хоть и в видении. Это было неожиданное и приятное изменение вида после стен камеры.

Это была уловка. Рожденные с тенью были опасны, а этот прожил долго, так что явно проиграл тому, что его захватило. Он издевался над ней. Может, это была часть сложного плана побега, который она не понимала. Ей нужно было оставаться настороже, молчать. Но…

А если это была правда?

— Хорошо, — Холлис осторожно вдохнула и задержала дыхание, пока не ощутила, как сердце замедлилось. — Хорошо, Пророк, допустим, я клюнула на твою наживку. Что ты собираешься мне раскрыть?

— Это должно быть неожиданно, да?

— Я знаю о тебе, — прорычала Холлис, щурясь, вода большим пальцем по механизму скорпионы. — Я знаю, что ты говорил лишь три раза за двадцать лет с тех пор, как они поймали тебя. Каждый раз удавалось предотвратить катастрофу и победить. Спасение города Телианор. Спасение сыновей герцога ду Глейва, последних наследников покойного короля. Обнаружение Алых дьяволов в Андике. Я знаю, что поэтому Орден сохраняет тебе жизнь, хотя… — она утихла.

— Хоть моя жизнь противоречит с законом святого Эвандера, — закончил за нее Пророк. — Не стесняйся, девочка. Я знаю закон. Все рожденные с тенью должны быть убиты при обнаружении. Их не нужно тащить в Орден. Они потеряны, зло овладело ими, их нужно очистить, чтобы у них была надежда на небесах.

Нежная смерть не могла помочь рожденным с тенью. В отличие от других захваченных, с которыми нужно было разбираться мягко, жестокость требовалась, чтобы накопилась сила, которой хватало, чтобы разорвать смертного от тени, с которой он родился.

Жестокость огня.

Опасный блеск сиял в глазах Пророка. Он снова смеялся над ней?

— Моя главная надежда, — сказал он, голос стал ниже.