– Аиды, – пробормотал я, – сколько же их здесь?

– Слишком много, – раздраженно бросила Дел, не скрывая своего разочарования. – Почему они нас преследуют? Почему они не останавливаются? Если им нужна еда, в долине осталось много мертвых.

– Значит им нужна не еда, – я наклонился вправо и, опустив меч, резким ударом снес голову одной из гончих. – Я говорил тебе, Дел, это волшебство. Они преследуют нас не по своей воле, их послала могущественная сила.

– У тебя песчаная болезнь, – она использовала мое любимое выражение.

– Какой смысл убивать всех на кимри? – Дел покачала головой, меч сверкнул в руке. – Иногда бывают драки и мужчины погибают, но зачем устраивать бойню? Зачем убивать всех?

Я выругался, когда жеребец перепрыгнул через тень, но усидел и крепче сжал колени.

– Дело не в кимри. Нас здесь шестеро, а гончие не прекращают преследования.

– Не все гончие… не так ли? – Дел обернулась назад. – Тигр!

– Знаю. Об этом я и говорю. Им нужен один из нас.

– Или мы все.

– Не все под угрозой смерти за убийство ан-кайдина.

– Ты думаешь это я?

Я пожал плечами.

– Это предположение.

Дел взмахнула мечом, я услышал визг гончей.

– Нет, Тигр, нет. Так не поступают. Они послали бы людей, а не зверей. Они никогда бы не убили невинных.

– Я сказал, это просто предположение.

– Тогда придержи его при себе.

Поток выкатился на равнину, преследуя шестерку мчавшихся всадников. Гончие больше не прыгали на нас, пытаясь вцепиться. Мне показалось, что они гнали нас точно к другому концу равнины.

Мы упустили момент, когда могли перехватить инициативу, подумал я. Гаррод по-прежнему скакал впереди, но уже без определенной цели. Мы с Дел мчались бок о бок, прокладывая дорогу через поток. Теперь гончие бежали рядом с нами, оставляя лошадям несколько акров свободного пространства.

Я догнал серого Гаррода, не успев убрать в ножны свой меч.

– Поворачивай, – крикнул я. – Быстро налево! Прорывайся сквозь них. Нужно убираться с этой равнины.

Он кивнул и повернул серого налево. Мы с Дел чуть придержали лошадей, чтобы оказаться позади Адары и ее детей на случай, если они слишком устали, чтобы обратить внимание на перемену направления. Мы зажали жителей Границы между нами. Женщина и дети сидели, склонившись над шеями лошадей и сжимая коленями дрожащие лошадиные тела.

– Лошади не могут бежать вечно! – закричала Адара. Волосы ее растрепались и струились по ветру как красный вымпел. – Если одна из них упадет, всадника прикончат… или кто-то из нас сам свалится…

Могло кончиться и так, но выбора у нас не было.

– Держись, – прокричал я, перекрывая стук лошадиных копыт. – Держись за гриву, лошадь пойдет за Гарродом. Мы с Дел задержим гончих. Просто скачи…

– У меня дети…

– О себе тоже не стоит забывать, – я наклонился и шлепнул плоской гранью меча по крупу ее мышастой лошади. – С Массоу и Киприаной ничего не случится, мы за ними следим, – я показал на Гаррода, его светлые косы хлопали у него за спиной. – Держись за ним… не отставай!

Адара бросила взгляд через плечо на бегущих гончих.

– Не нас же они преследуют…

Она определенно недооценивала наш с Дел героизм, учитывая как мы рисковали, заботясь о жителях Границы.