Жеребцу, как всегда, не понравилось выбранное мною направление полета, его тянуло в другую сторону, и, сильно затянув повод, я сражался с ним руками и ногами, проталкивая гнедого сквозь руины кимри. Гаррод мчался впереди, а мы с Дел ехали сзади и следили, чтобы с Адарой и детьми ничего не случилось. Мы проносились мимо покинутых костров, нагромождений повозок, жавшихся друг к другу людей и животных.

И мимо глаз.

Мы мчались, и они мчались с нами. Отчаянно пытаясь усидеть на скользкой спине жеребца, я вдруг заметил, что проносившиеся мимо нас тени начали приобретать четкие очертания. Я видел длинные морды, оскаленные пасти, вывалившиеся языки. Видел холодный блеск глаз и зубов, слышал вой и свист тяжелого дыхания. К нам подбирались создания на четырех ногах, с обросшими жесткой шкурой хвостами и гривой вдоль горбатых плеч. На серых шкурах расплывались серебристые пятна. Не волки, не собаки, не лисы. Какая-то смесь.

– Гончие аид, – пробормотал я.

Дел скакала рядом.

– Что ты сказал? – крикнула она.

– Страшная сказка на ночь на Юге, – трудно было говорить из-за топота копыт и шумного дыхания лошадей. – Предположительно они знакомы с самим Дайббуком.

– С кем?

– С хозяином аид, куда я без сомнения сегодня отправлюсь, если скачка продлится еще несколько минут.

– А-а.

Мышастый Дел споткнулся. Натянув повод, Дел подняла лошади голову и снова пустила его в галоп.

– Меня успокаивает только одно, – сказал я, – вряд ли это уловка Гаррода, чтобы продать нас работорговцам.

Дел покачала головой в раздумье.

– Может сейчас у него нет возможности. Но когда мы вернемся из долины, кто знает, что он сделает?

Я усмехнулся.

– А как насчет пары танцоров мечей?

– Тигр, осторожнее!

Что-то щелкнуло у передних ног жеребца. Выругавшись, я увидел блеск зубов и сияние бледных раскосых глаз. Река, наконец, настигла нас.

– Не останавливайтесь! – закричал Гаррод, обернувшись к нам. Метнулись светлые косы. – Если задержимся, они задавят нас. Не мешайте лошадям, просто держитесь.

Массоу и Киприана наклонились вперед, сжимая поводья и летящие гривы. Съежившись на спинах лошадей, поджав ноги повыше, чтобы спастись от зубов гончих, они казались совсем маленькими. Массоу, вцепившегося в своего гнедого как клещ в собаку, гончие не доставали. Киприане и Адаре было тяжелее поджимать ноги, но они держались, как и Дел. Я в нашей компании был самым большим и сидел на самом непредсказуемом животном. Ситуация ухудшалась и, выругавшись про себя, я потянулся, чтобы достать меч Терона из ножен за спиной.

– Баска, давай прикончим несколько. Ты не против?

Дел обернулась, увидела блеск металла и, улыбнувшись, вытащила кровный клинок.

Звери залаяли, едва блеснула яватма.

– Через каньон! – закричал Гаррод. – Там есть проход!

Мы ворвались в каньон, все шестеро, прокладывая дорогу через кровь и кости. Дел и я защищали нашу компанию с боков, зажав между нами жителей Границы. Гончие лязгали зубами, выли и тявкали, пытаясь повалить лошадей, но их зубы не могли сравниться со сверкающими клинками и крушащими подковами. Мы разрубали гончих, скидывали их, прорываясь сквозь плотные ряды и оставляя тела их братьям.

Брызгала кровь. Наша одежда промокла от горячих капель, но на такие пустяки мы не обращали внимания.

Река продолжала течь. Гончие не замедляли бег и умудрялись не отставать от лошадей. Гаррод вел нас через каньон из долины кимри на открытую равнину, которая уходила в бесконечность. По равнине лошади сразу побежали увереннее, река разлилась, и нам с Дел стало удобнее справляться с гончими.