– У меня был брат. Володя… Он верил во всю эту мистику, теории заговора, а я считал его психом. Мне показалось, что он окончательно сошёл с ума, когда начал видеть в нашей квартире Сшитого человека. Говорил, что у нас поселился мертвец, расчленённый и сшитый… Меня это пугало, и я отправил его в психиатрическую клинику. Володя больше всего на свете боялся туда попасть и поставил себе цель сбежать любой ценой. Извини за подробности… Он стащил с кухни нож и договорился с другим пациентом, чтобы тот разрезал его на части и выбросил их за пределы больницы. Я узнал об этом уже после того, как сам увидел в квартире Сшитого человека. Им и оказался мой брат… Получается, Володя при жизни видел себя уже мёртвого. Это вполне укладывается в его логику: брат говорил, что мёртвые существуют вне времени и пространства… Мне никто не верил, как и ему, поэтому я решил открыть анонимный клуб для людей с такими же проблемами.

– Только скажите. Я могу избавить вас от этого… Сшитого человека, – пообещал я.

Наш руководитель ответил не раздумывая:

– Не надо. Я давно привык к присутствию брата. Так мы всё ещё вместе.

Как далеко мне пришлось отправиться. В какую опасную авантюру я ввязался. И это была моя первая поездка в холодный и дождливый Питер.

Я узнал место по описанию. Всё как рассказывал тот человек: дворы, где стояли дома с глубокими чёрными трещинами через весь фасад.

Всё было изрисовано граффити: неясные надписи и страшные картинки на деревянных дверях… Я чувствовал, что иду правильно. Там повсюду висел знакомый горький запах. Никогда не бывал в местах, что были так насыщены тёмной энергией.

Разбитый подъезд, пыльные перила, грязные ступеньки. Та самая дверь, что мне нужна. Не заперто… Коридор старой коммунальной квартиры освещала слабая жёлтая лампочка. Меня будто ждали. Передо мной стояли люди. Не тени, не призраки. Люди. Пусть и бледные, как мертвецы. Молодая женщина и древняя старуха, зрелый мужчина и парень помоложе. Точно! Не лица, а могильные портреты.

Но чем дольше они смотрели на меня, тем больше ненависти становилось в их глазах.

Поборов робость, я переступил порог и закрыл за собой дверь. Мы смотрели друг на друга в напряжённой тишине. Я щурился в неярком освещении и ждал, когда с этими людьми начнёт что-то происходить. И вдруг свет погас.

Все четверо ринулись ко мне. Мужчина сбил меня с ног ударом ладони по лицу. Они могли ко мне прикасаться без вреда для себя! Они били меня, словно я был игрушкой. Царапали, давили на грудь, лишая возможности дышать.

Я закричал от невыносимой боли. Мне с хрустом ломали пальцы один за другим!

За спинами этих людей пряталась настоящая нечисть. Таких жутких незванцев я не видел ещё никогда. Морщинистые и бородавчатые коротышки, чьи подбородки приросли к коротким шеям. Они раздували ноздри, морщили крючковатые носы. В самом деле, бесы!

Но, в отличие от своих слуг, они боялись меня и старались стоять подальше. Ждали, когда меня разорвут.

Я сжал зубы и сделал последнюю попытку вырваться из смертельного хвата. Сломанные пальцы ухватили за ногу одного из адских коротышек, и он заорал, как ошпаренный.

Это мгновенно повлияло и на мертвецов-прислужников. Их свело судорогой, и они замерли, как в старой детской игре. Две женщины и двое мужчин перестали выражать злобу. Теперь они застыли, словно статуи.

Коротышки, потеряв защиту, бросились врассыпную, но им было некуда бежать… Одно лишь прикосновение лишало их сил. Они разлагались на глазах, их плоть гнила и воняла. Адские незванцы рассыпались на куски и наконец превращались в едкий чёрный туман, что наполнял меня силами.

Я стоял, окутанный облаком дыма. Боль отступила. Сломанные пальцы даже не ныли. Я знал, что они очень скоро срастутся.