Несчастные случаи захлестнули мир.

Я только успевал делать пометки на стикерах.

И всё это — буквально за полдня!

Звезда в шоке.

Выслушав все текущие отчёты и сделав важные записи в блокноте, я попросил Бродягу создать телевизор. По Первому Московскому показывали сводку событий за минувшие часы.

— Только что стало известно о победе, одержанной Добровольческим Корпусом в районе Мехабада, куда на протяжении последних дней усиленно стягивались войска Халифата, — вещала молоденькая дикторша. — Судя по всему, имперские спецслужбы провели успешную и сильно засекреченную операцию, потому что стамбульская хунта не сумела накопить достаточно одарённых бойцов для прорыва. Один из десантных дирижаблей оккупантов привёз кучу мёртвых тел, и никто не понимает, кто перебил этих людей во время полёта…

Я удовлетворённо кивнул.

Работы впереди ещё много, но первый раунд за мной. Мехабад был одним из ключевых городов, которые собирался захватить противник, но благодаря моей мудрости этого не случилось.

По телевизору крутили нарезку из героически шагающих мехов, заляпанных грязью и кровью, комментарии убелённого сединами генерала, с которым я лично не был знаком, радостных старушек, чьи населённые пункты освободили от захватчиков.

— Хватит, — не выдержал я. — Убери.

Телевизор исчез.

Бросив неприязненный взгляд на окно, где не на шутку разыгралась стихия, я отправился на кухню. Как говорится, война войной, а обед по расписанию.

Глава 29

Я взял паузу на несколько дней.

В течение этого времени сосредоточенно следил за мировыми новостями, выслушивал донесения мастера Багуса и Чёрного Ока, собирал дополнительную информацию. Нам удалось внести некоторую сумятицу в планы противника, но до полной победы — как до Луны.

Клановые войска продолжали стягиваться в Персию, но и условный Халифат не останавливался. Почему условный? Да потому, что за Стамбул воевали наёмники со всего мира. К линии фронта телепортировались прыгуны-диверсанты, что поставило под удар заброску мобильных групп с помощью кораблей и цеппелинов. Имперские прыгуны тоже не дремали, и конфликт перерос в позиционный обмен точечными ударами. Произошло и крупное сражение вблизи Решта, куда постепенно сдвинулась линия фронта. Арабские пирокинетики попытались сжечь лагерь Добровольческого Корпуса, но были остановлены подоспевшими криосами. Прыгуны сумели проникнуть на цеппелин, заряженный дротиками для сброса, захватить его и перегнать в Тегеран. После этого в бой пошли крупные соединения мехов, а также тяжёлая пехота и бронемашины. Да, здесь вместо конницы использовались броневики, оснащённые дисковыми пилами и коловратами. Гусеничные монстры, уступающие мехам разве что подвижностью. Заруба была страшная, но в итоге Халифат отступил.

Мои рептилоиды донесли, что утром шестого ноября планируется скоординированная атака трёх геомантов, и я подключил к операции Ярика. Боевой морфист знал своё дело, и один из геомантов попросту не проснулся. Второго завалил один из лучших учеников мастера Багуса, а третий быстренько эвакуировался. То есть, слинял в неизвестном направлении. Атака захлебнулась, но и перейти в контрнаступление наши не смогли.

Тем временем, я дорабатывал свою стратегию, переклеивал и переписывал стикеры, отсыпался и отъедался. На третий или четвёртый день моего затянувшегося квеста, позвонил Барский.

— Сергей, у тебя канал защищённый?

— Конечно, — я бросил тоскливый взгляд на нескончаемый ливень за окном. — А вы откуда знаете?

— Земля слухами полнится, — уклончиво ответил начальник службы безопасности Эфы. — В общем, так. Есть у нашего командования гипотеза, что некая третья сила вмешивается в ход войны.