Около часа я потратил на инструктаж. Телепат перекинул мне образы штаб-квартиры британского правительства в Вестминстере. Кроме того, мне передали имеющиеся планы здания, схему с кабинетом и подходами к нему, просветили насчёт охраны, вшитых артефактов и каббалистических ловушек. Уже через сорок минут я понял, что задачка не будет тривиальной — англосаксы оказались теми ещё параноиками. Всё осложнялось присутствием в моём доме Махмуда Шестого, которого нельзя подвергать опасности. Да и светить домоморфа в Лондоне не стоит — это не входило в задачи князей. Мне дали три дня на выполнение миссии. Нельзя медлить, поскольку удар англосаксы могут нанести в любой момент. Впрочем, Трубецкой намекнул, что он оценил бы ликвидацию Ордена Теней. Брошенная фраза «В долгу не останусь» говорила сама за себя.

Покинув дворец, я погнал на своём «Ирбисе» к пансионату «Приморский». Именно там у меня была назначена встреча с отцом Джан.

Глава 10

Пансионат у меня, что надо.

Старый владелец ориентировался на состоятельных аристо, банкиров, финансистов и прочих купцов, так что всё было выполнено по высшему разряду. Имелись конференц-зал, шикарное лобби, дорогой ресторан, мини-кинотеатр… Впрочем, я и раньше всё это перечислял. Вот только для личной встречи Назар Курт выбрал… додзё.

Что ж, одни назовут такой шаг непредсказуемым.

Я, напротив, этому не удивился.

Потому что успел изучить повадки здешних аристократов. Не важно, каким Родом правит одарённый — русским, турецким или японским. Чтобы узнать делового партнёра, потенциального зятя (а вдруг) или конкурента, эти ребята хотят прощупать собеседника с помощью боевых искусств.

У меня был план выспаться.

Точнее, фантазия.

И все эти игры, интриги. политика уже в печёнках сидели.

Но делать нечего. Узнавший меня портье сразу передал послание от гостя — господин Курт сейчас тренируется и будет чрезвычайно рад, если я составлю ему компанию.

Додзё — это не яма.

В пансионате зал выстроили по японским традициям, снабдив раздвижными сёдзи, прочными деревянными столбами, световыми окнами в крыше и прочими стандартными ништяками. Заниматься здесь мог любой постоялец, но сегодня кроме отца Джан никого не было.

Сняв обувь, я переступил порог.

Лакированные доски. Зоны, выстланные татами. Ринг и манекен вин-чун. Стойки с макетами оружия. Тренажёр для фехтовальщиков, боксёрские мешки на цепях. Мишени для метания ножей и топоров. Помещение просторное и всё подготовлено по высшему разряду.

Честно говоря, я не рассчитывал увидеть сверхмощного бойца.

Назар Курт был потомственным морфистом, как и его дочь. А самые опасные воины в этой реальности — бесы. Мне ли не знать, опыт — наше всё.

Замерев у порога, я несколько минут неотрывно наблюдал за гостем из Халифата. Джан говорила, что её отцу недавно исполнилось пятьдесят три. Человек, который методично загонял ножи в мишень с десятиметровой дистанции, выглядел моложе. Загонял чётко выверенными движениями, укладывая в «десятку» и «девятку». И это не было тупой демонстрацией — он ведь не знал, что я зайду именно сейчас.

Глава Рода Куртов выглядел на тридцать пять максимум. Бороду не носил, стригся коротко. Я оценил физическую подготовку этого человека, но пришёл к выводу, что отец Джан привык к дуэлям и прямым боестолкновениям. Это воин, не убийца.

Приблизился я незаметно.

Умею.

Что есть, того не отнять.

Встал посреди зала, опираясь на трость в левой руке. Проследил за очередным высверком летящего клинка. Услышал глухой стук лезвия, входящего в торцевой спил берёзы.