Начали приходить отчёты от рептилоидов.

Мысленные отчёты.

Объект в Тегеране устранён без лишнего шума и приключений. Двойной агент, работавший на Медведей и Евроблок одновременно, споткнулся и выпал с четырнадцатого этажа кондоминиума в Брюгге. Генерал, только что получивший назначение, вышел из дома с чемоданчиком, а потом упал с сердечным приступом. Никто не заметил бомжа в драной одежде, проходившего мимо и царапнувшего генерала шипом по пальцам. Да и сам генерал не заметил — всё выглядело так, словно он засмотрелся на аппетитную девушку и сам налетел на незнакомца.

В Басре, куда прибыл дирижабль с группировкой сильных одарённых, случился интересный казус. Ночью дирижабль загорелся. Полыхнуло так, что мама не горюй. Весь экипаж погиб, а пламя перекинулось на близлежащие здания, которые неожиданно оказались секретной базой Халифата. Очевидцев не осталось, всё сгорело дотла.

Новости из Багдада меня тоже порадовали. Там погорели склады с провиантом, который необходимо было отправить к фронтовой линии. Бесследно исчезли каббалистические вставки, несколько ящиков, без которых не представлялось возможным активировать боевых големов в количестве пятисот штук. Целая, мать вашу, армия големов! Ну, пусть не армия, но ущерб от них был бы серьёзный.

Выслушав все донесения, я спустился вниз, позвонил Бродяге по телефону и вызвал его к себе. Домоморф кое-как втиснулся в переулок, надстроив четыре узеньких этажа, вмонтировавшись в крышу грёбаного памятника архитектуры и внедрив ещё один ярус под землю. Здания в этом квартале набились так плотно, что даже эта схема показалась мне виртуозной.

Собрав стреляные гильзы, я отправил мертвецов сквозь бесплотные полы на нижний ярус, где мы с Бродягой организовали некое подобие морга.

Люблю приморские города.

Все трупы были сброшены в Каспийское море и благополучно забыты.

Я вернулся к себе в комнату, сделал несколько пометок карандашом на стикерах и переместился в арсенал. Выщелкнул магазин из «аграма», аккуратно разложил всё по полочкам. Сменил перчатки. Взял трость-меч и отдал Бродяге новый приказ:

— Подготовь гараж.

— Куда отправляемся?

— В Трабзон.

Зачастил я в Халифат, но что поделать. Многовато всяких вредных типов ошивается у наших границ. Покушаются, суки-собаки, на берёзки и пальмы. Точат зуб…

Эх, понесло меня.

Пока спускался в гараж, выслушал новую порцию отчётов от Старших Рептилий.

В джунглях Амазонки группа исследователей, изучавших древние руины, столкнулась с необъяснимым явлением. Один из учёных, антрополог по имени Карлос, наступил на камень с выгравированным узором. В тот же момент земля под ним начала проваливаться, а вокруг закружился вихрь из листьев и песка. Когда вихрь утих, Карлоса не было на месте. Его коллеги нашли лишь записную книжку ушлёпка, в которой последняя запись гласила: «Они здесь. Они смотрят». Руины были немедленно покинуты, а местные гиды отказались говорить на эту тему, лишь шепча что-то о «духах земли». Обставлено красиво, но я-то знаю о каббалистических ловушках. А ещё о том, что Карлос занимался не только антропологией, он обеспечивал взаимодействие между британским спецслужбами и силовиками Наска.

В Рейкьявике, Исландия, во время сильного северного сияния произошёл загадочный случай. Туристка из Германии, фотографировавшая небо, внезапно исчезла. Её камера была найдена на земле, а на последнем снимке было запечатлено нечто, напоминающее человеческую фигуру, парящую в воздухе. Местные легенды гласят, что северное сияние — это мост между мирами, и иногда оно забирает тех, кто слишком долго смотрит на него. Или тех, кто в свободное от туризма время шпионит на Ближнем Востоке, сотрудничая с англосаксами.