Девушка порадовалась, что она когда‑то хорошо потренировалась в стрельбе из пистолета. Теперь надо доказать, что не зря она носит его с собой и в экстренной ситуации может его применить.

Личинка стремительно скользнула в тень. Теперь Мачико выпустила в нее подряд три пули. Первая – мимо, вторая отрезала кончик хвоста, третья попала в голову, размозжив ее и превратив в еще более отвратительную кровавую массу. Тварь перевернулась и стала корчиться в предсмертных судорогах, продолжая рефлекторно еще передвигаться к выходу.

Мачико спокойно подошла к ней и выстрелила еще раз в упор. Вытекающая кровь дымилась, разъедая пол.

– Срочно принесите сюда что‑нибудь, нейтрализующее кислоту, – скомандовала Ногучи.

Зорски набрала номер и отдала соответствующие распоряжения.

Вкладывая свой револьвер в кобуру, Мачико подумала: “Жаль, что Аттила не видел меня в действии. Он бы мною гордился”.

Она направилась к месту, где стоял бледный и дрожащий Брукинс. Он был весь забрызган кровью и выглядел самым напуганным из всех.

– Тук‑тук, – постучала по его груди Мачико. – Есть там кто‑нибудь?

– Нет, нет… Я не был инфицирован. Не надо меня вскрывать… Я клянусь… – заикаясь, пролепетал юрист.

– Я говорю о вашем сердце, – сказала Мачико, посмотрев на него с презрением.

Тем временем, приходя в себя, Эвастон начал стирать с себя кровь взятым со стола полотенцем.

– Сестра, распорядитесь, чтобы тело унесли отсюда и немедленно сожгли.

– Да, опасность подошла немного ближе к дому, Эвастон.

– Вот поэтому‑то я и нанял вас и остальных, – кивнул тот.

– Мы все – это прекрасный выбор.

– Вы хорошо поработали сегодня утром? – взяв себя в руки, деловым тоном спросил хозяин.

– Очень хорошо. Как видите…

– Прекрасно. Уверен, что скоро у вас будет много дел.

– Восхитительно. Мы сюда для этого и приехали. – Взяв другое полотенце, Мачико тоже начала избавляться от пятен крови на своей кожи. Странно, но кровь ее не очень беспокоила. После Руше, всех ее путешествий со стаей и того времени, когда она помогала шахтерам, девушка привыкла к виду крови. К сожалению, часто это была ее собственная кровь.

– И еще одна деталь, – усмехнувшись, сказала Мачико. – Эта экскурсия на генетическую биофабрику… Мне действительно надо взглянуть. Там тоже может оказаться инфекция.

Эвастон покачал головой:

– Я не могу. Я сейчас не в том состоянии, чтобы проводить какие‑то глупые экскурсии и вести пустые разговоры.

– Тогда сегодня вечером.

– Нет, нет. Извините…

– Хорошо, завтра.

– Я хочу, чтобы завтра вы снова выехали со своими людьми и делали то, зачем я вас нанял, Ногучи. – Его голос стал жестким. – А я попрошу своих ученых поискать возможные посторонние включения в их системах. Когда дела войдут в нормальное русло и мы все успокоимся, я сам с удовольствием покажу вам это предприятие. Все, – сказал как отрезал Эвастон.

– Я уверена, что кто‑нибудь другой может…

– Вы забываетесь. Я ваш хозяин. Я устанавливаю правила. И предоставьте мне самому решать, кто и что будет делать. А сейчас мне надо принять душ и начать координационные мероприятия, предупреждающие появление жуков здесь. – Он печально покачал головой и положил руку на ее плечо. – Тем не менее спасибо за хорошую работу, за быструю реакцию.

“Вот артист”, – подумала Мачико, а вслух сказала:

– Хорошо, что вы разрешили мне носить оружие.