И придумывал Цицерон Остроумный всякие иные вещи и сообщал о том Максюте Мудрому и повелевал тот быть так, и становилось. И ходил он и смотрел и видел, что то хорошо.

Песнь шестая

И вот, когда Максюта Миротворец однажды отдыхал со своим верным другом Цицероном среди кустов люлярвы и подманивал листьями гукки рыбу, спросил его беломастый Спутник:

— А что, Максюта, не поселить ли тебе в сем саду кого ещё?

— Кого ж ещё? — спросил Максюта Благосклонный.

— А сотвори себе по образу своему и подобию своему разномастых котов и кошек, владей ими и приказывай им, и учи их всяческой премудрости. И будут восхвалять тебя и почитать тебя, как создателя Скарсиды.

И подумалось Максюте Одинокому, что хорошо бы сотворить себе кошку, а прочих пока сотворять не надо. И захотел он кошку, и появилась кошка, и звали её Барбариска.

— У меня есть кошка. Пусть и у тебя будет кошка. — сказал Цицерону Максюта Щедрый.

— А мне не надо кошки. — ответил приятным голосом Цицерон. — Я обожаю мудрость и стремлюсь к вечному. Мне и так хорошо.

Тогда пожелал Максюта Благонравный себе вторую кошку. И стали они плодиться и размножаться, и не было другой такой планеты, где было бы всё так чудно и справедливо устроено. И пошёл от них народ и стал плодиться и размножаться и населять места пустынные. И были все они нравом кротки, и лицами приятны. И видел Максюта, что это хорошо.

И ходил среди народа Цицерон и придумывал откуда что берётся. Придумал он, откуда берутся на земле Скарсиды мясные и сливочные яйца, и появились тогда звери, что их сносили, ибо птицы не нравились Максюте своими громкими голосами и манерою летать. И опять же было всё это хорошо.

Песнь седьмая

И вот раздался голос с неба, говорящий:

— Всё ли ты получил, Максюта, что хотел?

— Всё, Господи. — ответил Максюта.

— А не желаешь ли, Максюта, ты покинуть свою дивную планету.

— Никак нет, Господи. — отвечал Максюта Кроткий. — Ни в коем разе не хочу, мне нравится здесь.

— А нет ли у тебя каких иных желаний? — спросил голос.

— Позволь, с кем-нибудь посоветоваться, батюшка. — разумно отвечал Максюта Осторожный.

И пошёл он к кошке Барбариске и спросил её:

— Не хочешь ли ещё чего, душенька моя?

— Нет, котик мой. — скромно отвечала она. — Всё у меня есть.

И пошёл он к другой своей кошке и спросил её:

— А ты чего ещё желаешь, дорогая?

— Ничего мне более не надо, повелитель, ибо всё я имею.

И обошёл Максюта Повелитель весь свой народ и каждого спрашивал:

— Всего ли вам в жизни довольно, дети мои?

И все отвечали:

— Всего довольно, батюшка.

И подошёл он к Цицерону и спросил:

— Всего ли тебе довольно, друг мой?

И отвечал Цицерон:

— Мне скучно.

— Отчего же тебе скучно, Цицерон?

— Уж больно всё хорошо. Нет здорового духа борьбы. Слишком уж идеально общество.

— Что же делать? — мучительно спросил Максюта, страдая при мысли, что не всё так хорошо в его королевстве.

— Нужен умеренный конфликт. — сказал Цицерон.

— А как он выглядит? Ты мне объясни — я пожелаю.

— Мне очень жаль, мой друг. — ответил Цицерон, — но ты и конфликт — вещи несовместимые. Ты просто ангел кошачий, и других, подобных тебе, нет. Мы придумали настолько идеальный мир, что просто некуда деваться.