— Понятия не имею. — признался осёл, во все глаза разглядывая высоченные, каменные с виду стелы, поставленные стоймя — они образовывали как бы полукруг, с выпуклой стороны которого и подъехали мотоциклисты.

Огромные монолиты, высотой не менее шести метров и шириной около двух, местами обколотые и неровные, а местами имеющие следы тщательной обработки, располагались на равном расстоянии друг от друга — проходы составляли около трёх метров. Если бы на вершинах этих плит лежали плоские поперечины, то всё сооружение напоминало бы Стоунхендж. Это же соображение пришло в голову и Заннату.

— Какие-то мегалитические постройки… — зачарованно проговорил он.

— Цицерон, что это? — спросила Инга. — Ты должен знать, ведь Скарсида создавалась при тебе.

— Я не знаю. — ответил осёл, разглядывая огромные камни. — Может, это появилось уже после меня?

Все четверо сошли с мотоциклов и подошли поближе, чтобы потрогать камни.

— Надо же, точно похоже на Стоунхендж. — удивился Моррис, пройдя меж двух монолитов и обнаруживая, что таинственные камни поставлены ровным кругом — в дальние плиты слабо светили длинные лучи Джарвуса-2.

— Может, это старинный форум? — предположил Заннат, входя в круг. — Нечто вроде развалин Колизея.

— А может, обсерватория? — высказал свою версию Габриэл.

— Мне кажется, это культовое сооружение. — не согласилась Инга. — Вон и алтарь виднеется в центре.

Да, действительно, посреди круга имелось нечто вроде куба, чуть заметного в тени стелл.

Никто не успел ничего сказать по этому поводу, как возле каменного алтаря зашевелилось что-то тёмное и неясное, а затем мелькнул зелёный огонёк — это явно была гроздь светового винограда, каким тут освещали места важных сборищ.

Сильный фонарь Инги моментально вспыхнул, выхватывая из темноты нечто, заползшее на каменный куб.

— Нет, нет, не надо! — завопил голос, и в круге света обнаружилась сгорбленная фигура явно кошачьего происхождения. Старый котяра с гроздью светового винограда в лапе щурился на свет, отбиваясь лапой от неведомого врага. Инга не опустила свой фонарь, и кот отвернулся от четверых пришельцев, выставив к свету худой зад с висящим верёвкой хвостом.

— Ну я же просил: не надо! — плачущим голосом воззвал он, обращаясь к пришельцам из-под лапы. — Ну глаза же болят!

— Ты кто такой?! — грозно потребовал ответа Цицерон.

— Да архивариус я! Живу я тут, свитки мудрости оберегаю!

Это была явная удача — старый кот-инвалид по имени Культяпкин, давно уже не принимающий участия в межпланетных битвах, засел тут, в древнем хранилище свитков. Добровольный отшельник, любитель полистать пожелтевшие манускрипты и порыться в книжной трухе, он вёл летопись Скарсиды, начатую не им. Он собирал песни и сказания, загадки и поговорки.

Жил Культяпкин в обширном помещении под каменным кубом, куда вела хорошо замаскированная дверь — там было хранилище свитков. К сожалению, войти в это убежище гости не могли — слишком маленькая дверь. Если бы старик не занялся подготовкой к долгой ночи, его бы вообще вряд ли заметили. Возле куба лежала на боку маленькая одноколёсная тележка с мясными и сливочными яйцами — при слабом свете винограда интеллигентный кошак закатывал в подвал свою добычу. Он готовился к утренним событиям, а потом ожидал долгого дня в лучах Джарвуса-2.

— Я продолжаю труды своих предшественников. — слегка покашливая от свежего ветерка, сообщил Культяпкин. — От начала межпланетного конфликта ведётся учёт побед и поражений.