-  Они ворвались сюда прошлой ночью, - сказал купец. - Нам удалось их отогнать.

    -  Аретаи - паршивые слины, - прошипел Хассан.

    Меня удивило, что его, бандита, могут всерьез волновать такие вещи.

    -  Они засыпали колодец, - сказал купец. Некоторое время все молчали.

    Затем Хассан мрачно произнес:

    -  Не шути так.

    -  Я не шучу, - ответил купец.

    -  Аретаи - паршивые слины, но они живут в Тахари.

    -  Колодец засыпан, - повторил купец. - Хочешь посмотреть?

    -  Нет, - прошептал Хассан.

    -  Мы пытаемся извлечь песок и камни.

    Лицо Хассана стало белым как мел.

    Живущему в Тахари человеку трудно представить, что можно разрушить источник с водой. Более гнусного преступления просто не существует. Такое не совершают даже во время войны. Через несколько дней весть о том, что люди из племени аретаев засыпали или попытались разрушить колодец в Двух Ятаганах, достигнет самых глухих уголков пустыни. Совершенное против подчиненных каварам бакахсов злодеяние вызовет полномасштабный военный конфликт.

    -  Мы уже разослали гонцов, - сказал купец.

    Это означало воинский сбор разбросанных по оазисам и стоянкам кочевников племен. Начиналась война. Аретаи засыпали колодец.

    -  На дела это влиять не должно, - произнес купец, ощупывая рукой тело Зины.

    -  Вы уверены, что это были аретаи? - спросил я.

    -  Абсолютно, - уверенно ответил купец. - Они этого не скрывали.

    -  На чем основана ваша уверенность? - настаивал я.

    -  А сам ты из какого племени?

    -  Это Хаким из Тора, - ответил за меня Хассан. - Я за него ручаюсь.

    -  Окантовка агала была как у аретаев. И рисунок на седле. Не говоря о том, что при атаке они кричали:

    -  За Девять Колодцев и Сулеймана!

    -  Понятно, - пробормотал я.

    -  Если аретаи хотят войны до разрушения колодцев, они ее получат, - заявил купец.

    -  Мне надо уехать до рассвета, - сказал Хассан.

    -  Конечно, - откликнулся купец. - Что мы имеем? Одна свободная и одна рабыня. - Он обернулся к двум помощникам. - Вьючных кайилов отвести на мой двор, тюки разобрать.

    Слуги кинулись исполнять приказание.

    -  Интересно, Хассан, что это за рабыня, если ты решил привязать ее к своему седлу?

    Хассан только пожал плечами.

    -  И клеймо на ней свежее.

    -  Это верно, - кивнул Хассан.

    -  Не сомневаюсь, ты сам прижег ее железом, - осклабился купец.

    -  Сам, - ответил Хассан.

    -  Прекрасная работа, - похвалил купец. - У тебя твердая рука.

    Девушка захныкала.

    -  Я заклеймил многих женщин, - сказал Хассан.

    -  И великолепно заклеймил, - восхищенно покачал головой купец, изобразив руками в воздухе изгибы тела девушки. - Она жива?

    -  Потрогай и увидишь, - предложил Хассан.