Сложив пальцы совком, сэр Джейсон окунул их в чашку Колина с не выпитым кофе, вобрав примерно две чайные ложки этой жидкости. Ею он опрыснул клитор Селии, увлажнил его вместе с прилегающим пространством плоти. Жидкость потекла вниз к пенистой щели, смешалась с пеной, и получился густой кофе с молоком, который устремился дальше и достиг устья ее ануса.

— Дражайший кузен, возможно, сейчас тебе захочется отведать кофе, — весело сказал сэр Джейсон, чувствуя, как заднее отверстие Селии расширяется и сжимается на его бедре. Он расстегнул молнию на брюках, ибо его пенис больше не мог сопротивляться столь невиданному соблазну.

Не в силах обуздать мощную похоть, которую пробудили эти обнаженные прелести, Колин вскочил со стула, приник устами к губам меж бедер Селии и начал жадно сосать ее клитор, освященный кофе. Она завопила от ужаса, никогда не думая, что Колин или другой мужчина способны на столь низкий и развратный акт. Колин втянул набухший придаток в рот и вкушал тайные женские ароматы, таившиеся под обычным утренним напитком из его чашки. Похожий на язычок предмет выскользнул наружу и встретился с впавшим в экстаз собратом, и Колин начал лизать усерднее, чтобы отведать побольше экзотического нектара, скрытого в сложных изгибах. Клитор Селии развернулся ему навстречу, открывая доступ к незащищенному пространству, и он воспользовался кончиком языка, чтобы приподнять мясистый капюшон, который его кузен раньше отодвинул пальцем, и отведал вкус этого крепкого комочка.

Вдохновленный пульсирующим у него в его рту придатком, Колин скользнул языком вниз, чтобы найти отверстие влагалища Селии — сначала он осторожно прошелся по нему, затем, забыв обо всем, начал облизывать. Из отверстия сочилась похожая на мед жидкость, и он собрал ее языком столько, сколько смог, пробовал на вкус и проглатывал. Он так увлекся своими открытиями, что забыл о присутствии пальцев своего кузена, которые раздвигали нагревшиеся срамные губы Селии, и, войдя во вкус, прошелся по ним, сам того не ведая. В этот момент Колин думал только о том, что уже изнемогает, буквально пожирая сочное влагалище, подрагивавшее в его устах, причем его аромат наполнял ему ноздри и сводил с ума пенис.

Селия почувствовала, что с ней происходит нечто странное, нечто, напоминавшее те времена, когда она пальцами стыдливо баловалась со своими прелестями в тиши лондонской спальни, но в этой странности было и что-то новое. Казалось, ее тело подошло к грани какой-то катастрофы, ее чувства реагировали на каждое движение языка Колина и она подавала свой таз вперед, чтобы приветствовать его атласную поверхность. Унизительная поза, в какой Селию держал сэр Джейсон, больше ее не беспокоила, и она предалась умопомрачительным ощущениям, охватывавшим тело, пока возлюбленный языком ласкал сочившееся влагалище, секреции которого образовали глазурь из нектара на его восторженном лице.

Вдруг клитор Селии словно заискрился и взорвался. Ягодицы сильно прижались к коленям сэра Джейсона, его возбужденный пенис принял всю тяжесть этого движения на себя, пока она извивалась на нем, не подозревая о том, что тот высвободился из плена. Ее жалобные стопы заполнили уши обоих мужчин, ибо Селия не могла вынести непомерного удовольствия. Она сжала голову Колина бедрами, сделав ее пленницей влажной ароматной борозды, а тот жадно впитывал горячий поток, извергавшийся из бьющейся в конвульсиях щели, причем его собственные дары нашли выход в брюках.

У сэра Джейсона от собственного оргазма закружилась голова, и он чуть не сбросил Селию.