– Произошла ужасная ошибка, – начала она. Господи, да пропади все пропадом!

– Ты изменила мне! – рявкнул Джебаль.

– Я тебе не изменяла! – Алекс поняла, что с сегодняшнего дня она разучилась краснеть. Как они все надоели, эти идиоты из девятнадцатого века. – Блэкуэлл умирал от голода, когда я увидела его на бедестане! Да, я знала, что это он. И мне стало тошно, да, Джебаль, мне стало тошно от бессердечной жестокости твоего племени!

– Не смей так говорить про меня и мой народ!

– Я спасла ему жизнь. – Машинально вытерев ладонью влагу на верхней губе, пленница обнаружила, что из носа давно идет кровь. – И ты избиваешь меня и проклинаешь только за то, что я спасла человеческую жизнь?!

– Но он – твой любовник! – взревел Джебаль. Как Алекс до сих пор не поняла, что Джебаль такой же дикий самодур, как и его папаша? – И ты на пару с ним шпионила за мной и моей семьей!

– Нет! Мы не шпионы! И он не был мне любовником! Я спасла ему жизнь – и все! – не моргнув глазом отчеканила она.

– Она врет тебе, Джебаль, – подскочила Зу. – Даже Джовар считает ее шпионкой! А еще Джовар говорит, что в прошлом году к Блэкуэллу в тюрьму приходила любовница, переодетая бедуином. А я сама видела у нее в комнате бедуинский бурнус. Вот только поверила тогда ее глупым отговоркам! Пусть ка ее допросят Фарук с твоим отцом. Они почтенные и мудрые люди. Они сумеют отличить правду от лжи. Они сумеют узнать всю правду!

– Я не шпионка, – как автомат повторяла Алекс. Если за нее возьмутся Фарук, паша и Джовар – ей несдобровать, это точно. – Я не любовница Блэкуэлла.

– Если мне что то и нравится в моей жене – так это ее верность, – прошипел Джебаль. Было ясно, что он говорит о Зу. – Но она к тому же наделена острым умом – как и ты, Зохара. И мне на память приходит то, что случилось в прошлом году, в ночь взрыва на «Жемчужине»… Тогда с Блэкуэллом был замечен какой то бедуин, но ему удалось скрыться от погони…

– Мне об этом ничего не известно.

– Бедуинский бурнус – просто отличный маскарад, – пропела Зу.

– Ты надевала бедуинский бурнус, Зохара? – зловеще спросил принц.

Алекс покачала головой.

– Ты шпионила за мной? Ты помогала Блэкуэллу взорвать «Жемчужину»? Ты бегала к нему в тюрьму? И вы вдвоем потешались надо мной в моем же собственном доме?! – выкрикивал он.

– Нет! – шептала Алекс. – Нет!

– Ну что ж, завтра утром мы устроим тебе допрос. – Тон Джебаля стал вкрадчивым. – Мой отец не такой добряк, как я!

– Я попала сюда из другого времени, – прошептала она, но Джебаль не услышал этих слов, заглушенных услужливой Зу:

– Ее раб наверняка знает не меньше госпожи. Они же все делали вместе! Джебаль, следует лишь подвернуть его пытке, и к утру ты получишь все требуемые доказательства! – Зу не спускала с соперницы злобных глазок, и Алекс подумала, что теперь она понимает слово «кровожадный».

– Нет! – Как хорошо, что Джебаль не расслышал сорвавшиеся нечаянно слова, ведь они все равно не снимают подозрений с нее и Блэкуэлла. Тем более Джебаль ей не поверит. – Джебаль, ты ведь знаешь, что под пыткой всякий скажет то, что от него требуют – лишь бы прекратить мучения!

Принц молча уставился на нее взглядом, удивительно похожим на взгляд Зу.

– Пожалуйста, не трогай Мурада! Если и есть среди нас ни в чем не повинный человек, то это он!

– Так, значит, ты признаешься, что виновна? – шагнул к ней Джебаль.

– Нет! Но если ты хоть пальцем тронешь Мурада, я никогда тебя не прощу!

– Плевал я на твое прощение!

– Зу ошибается.