А она все стояла у двери. Устало опустив глаза, скользнула взглядом по вызывающе алому шелку. И вдруг с дикой яростью начала рвать его. В полной тишине был слышен только треск раздираемой материи. Алекс подавила глухое рыдание. Она не собиралась давать волю слезам. Она взрослая сильная женщина, у нее есть сила воли. И она сможет, непременно сможет пережить то, что случилось сегодня вечером, хотя бы потому, что очень скоро сбежит отсюда, чтобы никогда в жизни больше не видеть Джебаля. «И будь он проклят!»

Алекс показалось, что ее сейчас стошнит.

Так хочется содрать с себя всю кожу, чтобы почувствовать себя чистой.

– Александра.

Она застыла.

Блэкуэлл.

– Александра.

Она медленно подняла глаза.

Он подходил, внимательно глядя ей в лицо.

– Уходи! – Ее голос был больше похож на львиный рык. Меньше всего на свете хотела она видеть сейчас Ксавье. Она не выдержит его взгляда. Никогда не посмеет посмотреть ему в глаза.

– Александра.

– Нет! – Не поднимая глаз, она подняла руки, чтобы оттолкнуть его.

Он нежно взял ее за руки. Алекс затрепетала всем телом. У него были такие большие, сильные, горячие… властные руки! Он прижал ее ладони к своей груди. Она чувствовала, как бьется его сердце.

– Скажи, что он не посмел обидеть тебя, – наконец прошептал Блэкуэлл.

Не в силах вымолвить ни слова, она затрясла головой, упрямо глядя ему в грудь.

– Боже милостивый, да посмотри же ты на меня! – выпалил он.

Она взглянула ему в глаза.

– И зачем я позволил тебе пойти!..

У Алекс задрожали губы.

– Я… Там… – несвязно бормотала она, едва соображая, что происходит.

Он порывисто обнял ее. Высокий, стройный и сильный. Мощь, которой лучилось его тело, удивительным образом утешала, смягчала остроту боли и обиды, возвращала веру в себя, способность жить и мыслить.

– Расскажи мне все. Я должен знать. Потому что все равно убью его когда нибудь.

– Нет. – Алекс уткнулась ему в грудь.

– Тебе самой станет легче, если ты выговоришься, – ласково прошептал он.

Алекс удивленно посмотрела на Ксавье. Она впервые столкнулась с этой стороной его натуры – совершенно неожиданно. Ах, если бы повод проявить нежность и сочувствие не оказался столь унизительным!..

– Не могу, – прошептала она. – Может быть, потом, позже…

– Ты сделала то, что должна была сделать. У тебя не было выбора. Не надо винить себя в этом!

– Выбор есть всегда, – вспомнила она его слова.

– У тебя не было выбора, – повторил Ксавье. – Ты просто старалась выжить.

Их взгляды встретились. Он только что сказал то, что говорила Алекс, когда умоляла поверить ей. Совсем недавно.

Медленно, как во сне, он наклонился и нежно поцеловал ее в лоб.

Самообладание покинуло ее. Алекс вырвалась из его объятий.

Он молча стоял, не двигаясь с места.

Алекс ненавидела себя, ненавидела Джебаля… а может, и Блэкуэлла тоже. Как она ни крепилась, но слез сдержать не смогла.

Ксавье привлек ее к себе.

– Прими ванну. Станет легче. – В его голосе послышались повелительные нотки. Пришло ощущение его железной воли. То, что он говорил, не могло не быть правдой.

Она кивнула. Он проводил ее в ванную, повернул кран. И вдруг ее лицо непонятно как оказалось в его ладонях.

– Говори же со мной, Александра! Ради Бога, говори со мной!

– Да, – прошептала Алекс. – Он заставил меня. Он взял меня силой…

– Это я виноват! Я убью его, клянусь! – вскричал Блэкуэлл.

– Мне отвратителен этот дворец.