Медленно наступало хмурое утро. По рукам пошли полоски вяленого мяса, сухие лепешки и бурдюк с вином.

Вернулись разведчики.

Действительно, деревня находилась совсем неподалеку. Там были собаки, которые могли легко учуять пришельцев.

— Башня торчит, — говорил шепотом абордажник, — словно палец сатаны. Огонь наверху погас.

— Вооруженных людей видел? — спросил Соболевский.

— Двоих, они как раз шли в сторону рыбачьих хибар. Алебарды на плечах, из доспеха — только на одном шлем. Видно, не ждут они лиха.

— Надо послать дозор на дорогу, — сказал ангмарец. — Когда мы начнем заваруху в башне, нужно сделать так, чтобы ни одна живая душа не могла проскользнуть и поднять тревогу среди кавалеристов. Если подоспеют верховые — нам конец.

— Эх, Тору бы сюда с Майей — и никто бы по дороге не ушел, — мечтательно сказал Шон, но тут же спохватился: — Впрочем, мы правильно их оставили на флагмане. Уж больно дело рискованное.

Вновь заговорил охотник, ходивший в дозор:

— Мы когда назад шли, заприметили вход в пещеру в красной скале. Может статься, там теплее, и огонь можно развести.

Аника быстро поднялся.

— Схожу проверю. А вы новых охотников к деревне пустите. Свенских ратников нельзя выпускать из вида.

Четверо легионеров во главе с Шоном двинулись к дороге, отрезая деревеньку от вероятной подмоги. Двое направились наблюдать за башней и поселком. Остальные по-прежнему мерзли средь камней.

Вскоре вернулся Аника, довольный, рот до ушей.

— Действительно, пещера! Там гнилые рыбачьи сети, летучие мыши и крабы. Одним словом — нам подойдет.

— А как насчет костра?

— Щелей полно, ветер дым унесет, — решил казак, глянув на посиневшие губы воинов с перевернувшейся лодки. — Нужно только посудины спрятать.

Подходящего места найти не удалось. Пришлось вытаскивать плоскодонки на сушу и закапывать в мокрый песок.

— Теперь мы быстро отплыть не сумеем, — печально заметил назгул. — Остается или победить, или умереть.

Отряд группами по двое-трое перебазировался в пещерку. Здесь не было пронзительного балтийского ветра, оказалось относительно сухо, а разведенный Аникой крошечный костерок вообще вселил веру в завтрашний день.

Ближе к вечеру, когда сменили наблюдателей у деревни, ангмарец сказал:

— Долго скрывать свое присутствие мы не сможем. Надо действовать. Пока все идет по плану, даже лучше. Про пещеру-то мы ничего не знали…

Опрос наблюдателей выявил такую картину.

В деревне живет человек пятнадцать разного возраста. Ратники из башни выходят частенько, двери, судя по всему, изнутри кто-то запирает.

— Предлагаю захватить тех, кто ходит в деревню, — сказал Хоббит, — переодеться в их платье и заставить открыть ворота. А как ворвемся, начнем метелить направо и налево. Непохоже, что они готовы к неожиданному нападению.

— А если готовы? Если держат пяток человек в кирасах в каком-нибудь караульном помещении? — спросил Соболевский. — Тогда не избежать форменного сражения, с жертвами и неясным результатом.

— Самое главное, — подытожил Аника, — мы не знаем в точности, там ли Магнус. Много ли будет проку, если мы уничтожим гарнизон башни и выясним, что его перевели в другое место.

— А как насчет нашего приятеля, который разводил огонь на башне? Как нам его опознать и не пристукнуть ненароком? Вот бы его сюда вытащить и расспросить…

На эти слова назгула Аника только плечами передернул.