Лицо Нильса на фоне восходящего зимнего солнца за окном казалось ей таким же жутким.

– Правда? – спросила она ожившую экспрессионистскую картину перед собой. В ее воображении она казалась гораздо более милой, чем в собственных безнадежно неуверенных глазах.

«Еще одна причина прекратить прием лекарств».

– Да. U10 существует, – объяснил ей Нильс. – Но она не действует. Я знаю это, потому что должен был участвовать в технико-экономическом исследовании. Речь шла об условиях, при которых ее строительство могло быть завершено.

– Значит, ее планировали, но так и не построили?

– Подожди-ка.

Нильс отошел и вернулся со своим ноутбуком – массивным, ударопрочным устройством, способным выдержать падение на стройплощадке. Всего несколькими щелчками мыши он нашел в своем цифровом архиве старые проектные планы, присланные ему в ответ на запрос.

– Вот. Первоначально линия должна была пройти от Вайсензе через Александерплац до Потсдамерплац, а потом – дальше, на запад до Лихтерфельде. С 1972 года она известна как U10. Однако в 1993 году от проекта отказались в пользу новой линии U3.

«Трейнспоттер».

Алина вспомнила Олафа и разговор с его убитой горем матерью. Приподнявшись на локтях, она села ровнее.

– Все это, конечно, интересно для таких фанатов железной дороги, как ты, и для берлинских историков, но девушку на карте не спрячешь.

– Зато можно на станциях-призраках.

У нее внутри все похолодело.

– Как это?

– Линия U10 – одна из тех загадочных подземных структур Берлина, о которых мало кто знает, но которые действительно существуют. Из-за множества предварительных сооружений, проложенных туннелей и станций-призраков, которые были построены, но так и не введены в эксплуатацию, линию U10 также называют «фантомной».

Казалось, тысячи муравьев поползли по ее рукам к шее. Алина попыталась стряхнуть охватившее ее волнение, которое вызвали объяснения Нильса, но, конечно, безуспешно.

– У тебя есть на компьютере первоначальный план маршрута? – спросила она.

– Конечно.

Алина снова закрыла глаза. В памяти зазвучали припевы треков 10 и 11 из плейлиста Фелины. Она подумала о названиях песен – о букве М в слове «Milliarden» и числе 85.

Потом задала Нильсу, наверное, самый важный вопрос:

– Аббревиатура М85 тоже как-то связана с метро?

Он покачал головой:

– Нет, но…

– Но что?

– Насколько я знаю, это автобусная линия.

48

Эмилия

Ветер с озера дул Эмилии в затылок и заставлял дрожать так же, как голос Табеи, все еще звучавший в ее ушах после того, как та раскрыла прозвище похитителя Фелины.

– Ты сказала, что он твой друг?

– Да.

– Твой друг похитил мою дочь?

С этого момента Табея снова запела:

– …Если ты лежишь на земле, я лягу рядом…

– Как тот, кто похищает детей и лишает тебя зрения, может быть твоим другом?

– …Я видел небеса в твоих глазах, теперь я вижу пустое небо, не подведи меня…

Если это был ответ, то такой же странный, как и вся ситуация, в которой оказалась Эмилия. Запертая на территории квазисектантской группы мстителей, она искала ответы в загадочных песнопениях сумасшедшей.

Судя по всему, Табея была настолько безумна, что совершенно не держала зла на своего «друга» за то, что он лишил ее зрения.