59

– Что это? – крикнул я Томасу. – Это шутка?

– Нет. – Он покачал головой. Губы у него посинели, все тело казалось обескровленным, – вероятно, так и было. Чудо, что он вообще мог со мной говорить.

Кровотечение из запястья, похоже, остановилось; возможно, кольцо сильно зажало рану, но я сомневался, что кровопотеря пройдет бесследно. Скорее, я был свидетелем его последнего усилия воли. Возможно, Томас умрет раньше меня. До того, как бомба разорвет все вокруг нас на куски, через…

3 минуты 35 секунд.

– Он сумасшедший. Но серьезно настроен.

– Кто он? Собиратель глаз? Шолоковский?

Загадка явно была его почерком. Игра. Якобы честные правила. Обратный отсчет до смерти.

Томас не отреагировал. Мне захотелось дать ему пощечину, но я боялся, что он снова потеряет сознание.

Нити слюны тянулись от его губы к подбородку и шее.

– Какое решение загадки? – спросил я его.

Он закрыл глаза.

– Я… я не знаю.

Снаружи до меня доносилось что-то похожее на стук, но это было в другой реальности. Мой мир здесь ограничивался умирающим отцом, микроволновкой с обратным отсчетом и загадкой.

«Сколько весит Ана в сверкающем месяце?»

– Помогите мне, – простонал Томас. И это было последнее, что он сказал. Его веки снова дрогнули, словно от удара током. Затем – ничего. Больше он не произнес ни слова.

Вместо этого я услышал голос над головой.

– Ты в порядке? Что ты нашел?

Я посмотрел на Алину, чья голова показалась в люке. Каким-то образом ей удалось подняться по лестнице.

– …Черт. Она истекает кровью?

Видимо, она учуяла запах железа, которое Томас потерял вместе с кровью.

– Это не Фелина! – крикнул я ей сквозь жужжание микроволновки.

3 минуты 22 секунды.

– Это ее отец.

– Томас? Он еще жив?

– Понятия не имею. Вопрос скорее в том: выберемся ли мы отсюда живыми?

Я как можно спокойнее, чтобы Алина не подумала, что я совсем сошел с ума, обрисовал ей ситуацию.

– Сколько у нас времени? – был ее первый вопрос. Голос звучал ровно и собранно, без малейшей паники. В этом была ее величайшая сила – и одновременно самая серьезная слабость. Она умела полностью подавлять свои эмоции. Возможно, это помогало ей держаться от меня на расстоянии все это время, если, конечно, между нами еще оставалось хоть какое-то влечение, как я надеялся. Сейчас, в эту самую секунду, ее хладнокровие могло стать нашим шансом разгадать головоломку и спастись.

– Чуть меньше трех минут.

– Тогда давай подойдем к загадке логически! – крикнула она сверху.

Я запрокинул голову, но со своего места в кукольной комнате между микроволновкой и раскладным столом видел лишь движение ее головы.

– С чего же нам начать? – в отчаянии спросил я.

– Сосредоточься! – одернула она меня. И это было единственно разумным решением. Я едва держался, чтобы не потерять голову раньше, чем ее оторвет взрывом.

– Что первым бросается в глаза, когда ты читаешь вопрос?

– Не знаю. Сверкающий месяц. Самая длинная река в Африке.

– Это Нил, – сказала Алина. – Что еще?

– Ана пишется с одной «и».

– Хорошо. Что мы знаем?

– Что мы знаем? Ничего, или… постой.