Энни по‑прежнему казалась очень хрупкой и беззащитной среди этих белых простыней, вся опутанная проводами и трубками, но она пришла в сознание, и теперь, подумал Бэнкс, ее стало как будто бы чуть побольше. Трубку изо рта у нее вынули, и она даже умудрилась состроить насмешливую улыбку, когда он вошел в палату. Он взял ее за руку и нежно ее сжал:

– Ну, ты как?

– Как будто меня долбанул грузовик весом в десять тонн.

– А на самом деле две девятимиллиметровые пули из «Байкала».

– Ну вот, взял и уничтожил всю романтику.

Бэнкс улыбнулся и почувствовал, как Энни слегка сжала ему руку в ответ.

Она говорила хрипло, с паузами:

– Дышать пока еще трудновато. Дай мне попить, пожалуйста.

Бэнкс дал ей стакан с водой, из которого торчала соломинка для бренди.

– Да и морфий, я думаю, нелишний. Верно?

– Это уж точно. Хочешь немножко?

– А что скажет доктор? И потом, если я приму внутрь что‑нибудь кроме чая, то, боюсь, немедленно свалюсь прямиком в твою койку. Я… э‑э… я…

Повисло молчание, только негромко жужжали многочисленные аппараты.

Энни снова легонько сжала его руку.

– Было бы не так уж плохо, – мягко заметила она, – если б не все эти трубки и иголки. Они бы напрочь перепутались. Но ты, я думаю, не для этого сюда приехал?

– Ты не поверишь, – усмехнулся он, – я здесь, потому что нам только что сообщили, что ты снова вернулась в мир живых, в чем я решил убедиться собственными глазами. – Он помолчал и добавил уже серьезно: – Я очень волновался за тебя, Энни, вот в чем дело. Мы все за тебя волновались.

– Ну хватит, а то я расплачусь. – Она на минутку отняла у него руку, чтобы утереть глаза.

– А где Рей? – спросил Бэнкс.

– Пошел немножко поспать. С трудом удалось его уговорить.

– Да уж я думаю. Кстати, тебе привет от твоей подружки.

– Подруж… А, ты познакомился с Нерис?

– Да. Она без ума от тебя.

– А мне она сказала, что я не в ее вкусе.

– Ну, это чтобы не спугнуть тебя прежде времени.

– Ты хорошо в таких вещах разбираешься? Неожиданно стал большим экспертом? Все равно Нерис славная. Передай ей от меня спасибо. Скажи, а разве ты не хочешь меня допросить? Разузнать обо всем, что случилось?

– Только и мечтаю об этом. Это главная цель моего визита. А если серьезно… ты правда готова ответить на несколько вопросов? Понимаешь, раз уж я здесь…

– Вот гад! – Энни вонзила ногти ему в ладонь. – Ладно, бог с тобой. Только я ведь почти ничего не помню. Разве что…

– Разве – что?

– Насчет Трейси. Я помню, что она была там, в твоем коттедже. Она открыла мне дверь. И мы поговорили.

– Как она выглядела?

– Она была испугана, нервничала. Все время озиралась и грызла ногти.

– Как будто плохо собой владела?

– Как будто притворялась, играла роль. А кто‑то за ней наблюдал, и она знала, что надо все исполнить правильно. Но она была малость навеселе, то ли выпила, то ли накурилась.

– Ты видела еще кого‑нибудь?

– Ты имеешь в виду Маккриди? Нет. Его я не видела. Только тень. Все произошло очень быстро. А после этого – провал. Пустота.

– Возможно, Трейси спасла тебе жизнь, – сказал Бэнкс.