|
Все время старались вместе держаться, как будто чувствовали: если нас судьба разбросает, смерть не пощадит. И правда, пока воевать вместе ходили, у обоих ни раны, ни царапины. А потом… Я за боекомплектом поехал, а он с какими-то хануриками вылазку решил сделать. Слух прошел, что мятежникам деньги должны подвезти, нормальные деньги, «зеленые». Вот они и решили перехватить ценный груз. Не знаю, случайно нарвались на черных или ловушка там была, только пошли они вчетвером — и в клещи. Черных целый взвод, двоих убили, двоих в плен взяли, дружка моего в том числе. Отхарили обоих всем взводом… ну изнасиловали, значит, потом живьем сожгли…
Бобров умолк, попросил сигарету. Турецкий не встревал с вопросами, полагая, что сейчас надо дать ему выговориться, с наводящими вопросами можно и потом приставать. Помолчав, Геннадий продолжил: — Не смог я больше там шастать с автоматом, уехал. Податься некуда, нет у меня никого. Сюда приехал. Прибиться негде, тут меня этот Гришка Кондратьев и приголубил. У меня, говорит, для тебя работа найдется, ты парень крепкий, боевой, будешь грузы сопровождать. Мне-то че, ладно, лишь бы в деле или в пьянке забыться. И вот приводит он меня к себе домой. Шикарно живет… жил… ничего не скажешь. То, се, выпивка, закуска. Он в ванне поплескался, меня пригласил. Потом за столом давай около меня тереться. Я сначала не врубился, мало ли… Ну а я после душа распаренный, голый по пояс. Он в плечо вцепился одной лапой, а другой хвать… за это самое место. Тут даже до такого идиота, как я, дошло, что «голубой» он, как небо на Багамах. В общем, такое на меня накатило, что, когда в себя пришел, Свиноматка уже остывал потихоньку. А дальнейшее вам известно, думаю, Фрол обстоятельно все изложил… — Если бы, Гена, за тобой был только этот гомик, я сделал бы все, чтобы тебе помог хороший адвокат и ты получил по минимуму. Бобров грустно усмехнулся: — Если бы!.. А может, вышка — это для меня лучший выход? — Негоже так думать! — А так жить?! Фрол зря меня за дурака держал, кое-что все-таки знаю. Я так думаю, что меня кто-то из кодлы сдал, а? — Возможно, — уклончиво ответил Турецкий. — Ладно! Тогда баш на баш: Фрол на меня, я — на Фрола. Короче, дело такое: подрядились они немцам оружейный плутоний продать. Как это говорят? Проект, наверное. Проект, значит, у них долгосрочный. Для этого нашли в Германии какого-то фраера из бывших советских. К нему отправилась жена Фрола с его сыночком, учредили совместное предприятие, чтоб на его немецкий адрес товар гнать. И все у них хорошо сладилось, вот-вот первая партия поедет, да, как назло, утечка произошла, кто-то проболтался или продал информацию. Пришли конкуренты, а чего потребовали, я не знаю, только кончилось вон как — ливер наружу, и капут! — Геннадий, вы не знаете случайно, как называется предприятие, которое в Германии? — Совместное? Не, не знаю. Это вы и сами легко узнаете, если надо. Для того чтоб красиво партнерить с Германией и никто придраться не мог, директор Тузик с Фролом свое предприятие открыли… Какое? — уже догадавшись, для верности спросил Турецкий. — «Тонус».
Глава шестая ДВОЙНОЙ КАПКАН ДЛЯ ЛИСА
Александр Борисович Турецкий вернулся в Москву, чтобы из центра направлять всю дальнейшую работу по розыску убийц и по пресечению вывоза за пределы России стратегического сырья. Надо было не только получить консультации о том, в каком виде и в какой таре небольшие порции радиоактивных веществ могут переправляться обычными видами транспорта. Наверное, это можно было бы узнать прямо на заводе. Там Александр Борисович конечно же в первую очередь поинтересовался, но информацию следовало перепроверить. |
