|
- Есть! Есть! О, мой дорогой отец, спасибо. Мы спасены! Мы спасены! - Вы принесли добычу? Он отталкивал ее, и она почти упала. - Вы принесли животное?.. Нельзя оставлять его на съедение волкам!.. Она издала крик. Это был крик протеста, боли, возмущения. - Ах! Вы не даете мне передохнуть... Волки, говорите вы?.. Волки?.. Бог мой!.. - Если они появятся, то не оставят ничего... Поторопитесь же, глупая женщина! Они недалеко, я слышал их! Не! Она не сможет! Она все сделает завтра! - Торопитесь! Торопитесь!.. - повторял он. - Подумайте о волках... Возьмите факел, это лучшее оружие. И двуствольный пистолет. Еще возьмите какую-нибудь ткань и веревку, чтобы перетащить добычу. Идите! Идите! - У меня не получится. - А ну, давайте, говорю я вам. Время не ждет. Двуствольный пистолет? Ни один не действовал. В зале она занялась факелом. Но мозг ее был поглощен другими проблемами, несоответствовавшими данному моменту. Теперь она успокоилась. Она часто спрашивала себя в последнее время, по-прежнему ли она ненавидит иезуита, который причинил им столько зла. Теперь она знала: она ненавидит его еще сильнее. Потом она задумалась: с ее стороны было непростительно глупо поддаваться истерическому восторгу в то время, когда волки спокойно могут уничтожить дичь. Придя в себя, она стала продумывать этапы предстоящей операции. Первым делом надо открыть входную дверь. Безусловно, она не сможет втащить лося через платформу. Был только один выход - принести добычу через дверь. Она без промедления принялась действовать. К счастью ее усилия, когда она очищала от снега вход, принесли свои плоды. Петли и замок работали отлично, потому что она их смазала жиром. Несколько ударов ледорубом, и дверь открыта. У порога она увидела сани, на которых индейцы привезли отца д'Оржеваля. С факелом в руке, держа мешок с тканью и веревками, таща за собой сани, она отправилась в путь. Она бежала, освещая себе дорогу и громко крича. Она не надела снегоходы, да в этом и не было необходимости: поверхность равнины была покрыта крепким слоем наста. Самка лося по-прежнему была на месте. Около нее топтался детеныш, не решаясь оставить мать. Анжелика положила факел и, хорошенько прицелившись, выстрелила. "Двое, - подумала она, увидев, как он упал возле матери. - Теперь мы продержимся до весны". И тут она услышала легкий шум, похожий на шепот, за своей спиной, и, обернувшись, заметила волков, выбегающих из леса. От выстрела они приостановились, но затем возобновили свой бег. Это было похоже на волну серой пены, которая катилась к ней, и она видела желтые огоньки в их глазах. Но их появление не испугало Анжелику. - Слишком поздно, дорогие друзья мои, - сказала она им. - Мясо - это моя добыча. Она снова взяла факел. Потом перезарядила мушкет и положила его рядом с собой. Продолжая следить за зверями, она принялась толкать, тянуть, пихать на сани грузное тело лося; это было довольно трудно, потому что холод уже приморозил животное к земле. При помощи топора и ножа ей удалось отделить свою добычу, потом она перевязала конечности лося, укрепила сверху тело детеныша и установила на санях факел. С мушкетом наперевес, она потянула сани, и ей удалось сдвинуть их с места. |
